Обороти меня. Часть 1

– Где ты, говоришь, его взял? – спросил Петр, глядя на младшего брата своими светло-серыми проницательными глазами.

Андрей пожал плечами.

– Я же тебе уже рассказал. Сегодня утром, после того, как мы прошли от того самого поля примерно тринадцать километров, и были уже около Малиновки, я случайно залез в карман и обнаружил его там.

– А как вы оказались на сене?

– О-о! Я же, вроде, тебе уже рассказал?

Брат посмотрел на Андрея своим особенным взглядом, который ясно давал понять, что, если он спрашивает о чем-то, нужно отвечать, не задавая при этом лишних вопросов, даже если придётся рассказывать одно и то же десятки раз.

– Я не совсем помню, как мы там оказались, а если точнее, совсем не помню. А когда я пытаюсь вспомнить, все что я вижу, это неясные картины того, как мы блуждаем по лесу в безуспешных попытках найти дорогу домой.

– К какому времени относится самое последнее воспоминание? – глядя тем же пристальным взглядом прямо в глаза младшему брату, спросил Петр.

– Ну, я не знаю, к какому именно времени… откуда я могу знать?

– Постарайся вспомнить, это был вечер, или все ещё день, или уже наступила ночь?

– Последнее, что я помню, это примерно восемь-девять вечера, потому что начинало смеркаться, и мы боялись, чтобы нам до того, как стемнеет успеть найти подходящее дерево для ночлега, – вмешалась в разговор Лера.

– О! Это новая деталь. Вы думали о том, чтобы найти дерево для ночлега? – спросил Петр, переводя свой испытывающий взгляд на младшую сестру, однако на этот раз в его глазах было намного больше нежности.

– Да, вроде бы было какое-то дерево, но я его почему-то помню очень смутно, как будто, это если и было, то во сне, – ответил Андрей.

Петр взял в руку свой мобильный телефон, неизвестной Андрею фирмы. Насколько он помнил, такой телефон он видел исключительно у своего старшего брата.

Нажав всего на одну кнопку, Петр поднёс телефон к уху:

– Максимыч, срочное дело, код 012.

– Что-то случилось? – испугано спросила Лера.

– За нами летит вертолёт. У нас есть примерно 15 минут.

– Брат, что происходит? Может, объяснишь мне, ничтоже сумняшемуся?

– «Ничтоже сумняшеся» означает, «нимало не сомневаясь». К вам это, похоже, никак не подходит. Странно, что вас оставили в живых. Но память у вас однозначно подтёрли, – ответил Петр, и по его тону было видно, что он не шутит.