Танец Шивы

Впереди было несколько часов монотонного перелета, поэтому я мог спокойно попрощаться с тем, что оставил за спиной.

Прошлое уносилось от меня со сверхзвуковой скоростью, и на сей раз безвозвратно: я собственноручно отрезал себе все пути к возвращению домой. Родная страна отторгла меня легко и безболезненно, как будто решила, что если гражданин все равно обречен на умирание, то какая разница, где он это сделает. Впрочем, обо всем по порядку…

В одном из писем Абармид написал, что сроки лечения предугадать нельзя, поэтому, возможно, мне придется прожить в Индии несколько месяцев.

Это поставило меня перед нелегким выбором: либо вообще отказаться от исцеления и медленно умирать дома, либо радикально решить проблему с отцом, навсегда оставив его в заведении для душевнобольных. После мучительных раздумий я отправился в «санаторий» – повидать старика и уже на месте определиться с тем, что делать дальше.

Отец пребывал в полном помрачении сознания: лежал овощем, уставившись в потолок невидящим оком, и никак не реагировал на мое присутствие.

Сестра сообщила, что в таком состоянии он уже неделю и врач не спешит делать утешительных прогнозов на его счет. Я про себя вздохнул с облегчением: подобное положение дел значительно облегчало мне участь.

Я направился прямо в офис к директору и без лишних слов попросил оставить отца вплоть до его кончины, а в качестве оплаты предложил целиком переписать его пенсию на счет заведения. Пенсионных денег с избытком хватало на ежемесячное содержание пациента, поэтому глава «санатория» легко дал на это согласие.

Правда, покраснев, добавил, что необходимо заранее внести пятьдесят тысяч на организацию похорон – в случае моего отсутствия на момент смерти отца. Но тут же, махая ручками, сделал оговорку: дескать, если я сам проведу обряд захоронения, то, разумеется, сумму мне вернут в полном объеме.

Скрывая раздражение на очередное вымогательство застенчивого директора, я пообещал занести ему деньги вместе с пенсионными документами.

Далее неизбежно вставал вопрос о моих личных финансах. Оставшихся средств было явно недостаточно, чтобы прожить несколько месяцев пусть и в дешевой, но все-таки чужой стране, где у меня не было ни работы, ни друзей. Как настоящий шаман, Ашатаев отказался брать деньги за лечение, но сказал, что нам придется помотаться по разным штатам – соответственно, расходы на его содержание целиком ложились на меня.