9 Этажей

Затем принялся за салат, торопливо протыкая серебренной вилкой крупные дольки помидора и огурцов, ненасытно разрывая листья укропа в клочья. Пюре с котлетами принесли через четыре минуты, после чего две нежные и сочные котлеты мгновенно оказались в моей ротовой полости, пережёванные и проглоченные. Из-за восхитительно приготовленных котлет я позабыл о пюре, которого не стало через несколько секунд. Остатки на тарелке соскрёб куском хлеба, придав ей блестящий облик. Чувство голода улетучилось. Заплатив кассиру, я поблагодарил официанта и повара, затем вышел наружу.

Решил не ехать вновь на троллейбусе, так как до нужного адреса оставалось триста метров. Я уже подумал поразмыслить над внезапным порывом базовой человеческой потребности, как она снова дала о себе знать, гулким раскатом вопля в желудке. В это было сложно поверить, по той простой причине, что я никогда не ел так много за один раз, а всегда дозированно, как приучила мать. Я начал осматриваться по сторонам в поисках очередного кафе, и взор мой пал на ресторан, так маняще подталкивающий мои ноги к входу.

На пороге столкнулся с натянутой улыбкой официанта с подбитым глазом и пластырем на носу, он провёл меня до свободного столика из дубового дерева, вручил меню. Недолго думая, заказал пасту со сливочным соусом и сыром, грибной суп с сухариками и две бутылки пива. Ждать пришлось дольше, чем в кафе. За соседним столиком взгромоздилась туша в пиджаке, отдалённо напоминавшая человека, а нынче скорее гибрид слона и свиньи, уплетающий за пятерых.

Бзик.

*Пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то, и другое

К коринфянам 1-е, глава 6, стих 13*

Я лёг на диван, который служил сидением, и стал смотреть в покрытый трещинами потолок. Его белизна, на контрасте с чёрными трещинами, вызывали во мне кислотный фонтан тревоги. Закрыл глаза и попытался что-то представить. Обычно у меня хорошо это получалось, но в этот раз ничего не вышло.

Бзик.

*Пустота, и ты томишься в ней, подобно не упокоенному духу, находящемуся в забвении.

«Ваше блюдо, сударь», – с намеренным повышением голоса произнёс официант, дабы я открыл глаза. Распахнув очи, увидел перед собой большой серебренный поднос, а на нём всё что я заказал. Голод за всё это время будто испарился и есть уже не сильно хотелось. Однако я всё-таки принялся за трапезу, потихоньку поедая всё аккуратно уложенное на стол.