Мокрый сентябрь

– Вы знаете, молодой человек – когда опаздываешь, для тебя перестают существовать видимые и невидимые границы. По большей части спешка – вина всем проблемам.

– Да уж, несетесь через дорогу, сломя голову, не замечая окружающего мира. Вам надо быть повнимательнее, так и лишиться жизни недолго. – Глаза слипались, и меньше всего Риму хотелось, чтобы его кто—либо раздражал. Особенно, заводил разговор. Пусть это даже будет и директор колледжа, в котором он учится.

Сан Саныч удивился такой резкости, но не был ей поражен.

В свое время, будучи таким же юношей, он спорил с преподавателями похлеще этого. Но то был не экзамен, а неформальный разговор.

– Вы осуждаете меня? – вопросил директор. Тонкая бровь вылезла ко лбу из—под толстой оправы очков. В них сверкнули то ли линзы, то ли глубокие, но неестественно для возраста синие зрачки.

– А, извините, неважно. – Глаза начинали гореть. Рим прикрыл их и потер пальцами руки. – Просто… старайтесь не опаздывать в следующий раз, хорошо? Все знают, что вы довольно уважаемый человек, к тому же, имеете вес в обществе.

Потеря вас всем откликнется очень сильно.

– Ну да, я заметил. – Сан Саныч скрестил руки на груди и махнул головой в сторону водителя, который что-то насвистывал себе под нос.

– Я думаю, он просто чудак и не знает, кто вы такой. Сейчас в городке полно приезжих, так что они не понимают и толики того, что здесь происходит. Ну, или же ему совершенно нет до вас дела.

– Не знаю, что из этого правда, молодой человек. Так или иначе, я весьма оскорблен произошедшим.

Желания ехать в автобусе с такими хамами нет никакого.

– Мне просто все равно на то, кто он такой. – Рим откинулся на спинку, слегка повернул голову в сторону собеседника. «Держись хотя бы для приличия, держись хотя бы для приличия, держись хотя бы…». Это было сложно, все слова перемешивались и превращались в бесполезный сплав из букв, в котором не было никакого смысла.

– Юноша, вам это просто говорить. Думаю, если бы вас сбил автобус, вы бы думали совершенно иначе.

 – Сан Саныч снял очки, достал платок. Осторожно протер стекла вместе с дужками и надел их обратно. На какое-то время обнаружились не такие уж и маленькие голубые глаза. – Мне кажется, он уже к завтрашнему дню забудет, что чуть насмерть не задавил, а потом еще и наорал на одного из ведущих архитекторов Восточной стороны. – Пожал плечами. – Бывшего архитектора.

Рим подумал, что он бы никогда не попал бы в подобную ситуацию, даже если торопился бы.