Заговорщики

Шут проворно крался в ночи через королевский сад, выбранный местом встречи заговорщиков. Наконец он показался и тряхнул головой, негромко звякнув колокольчиками на шутовской шапке.

– Прибыл-таки, дурак? – устало спросил казначей Койн.

– Прошу вас, не бранитесь, – обратился к нему кравчий Кук.

– Какая ж то брань? – удивился сир Хью. – Как же иначе звать придворного шута, как не дураком?

– А иначе-то никак, никак иначе, я вам говорю! – захохотал дурак.

– Что же ты, полоумный, шапку свою с бубенцами напялил?! – возмущённо воскликнул лекарь Роб.

– Что ж такого? – скривился шут. – Бубенцы как бубенцы, дзинь-дон-бом, дзинь-дон-бом, звенят и звенят!

Казначея аж передёрнуло:

– И что же это, ты всю дорогу с этими «дзинями» сюда шёл?!

– Ни единого дзиня! – дурак вцепился руками в края шапки, как бедняк в последнюю краюху хлеба. – Ти-ши-на.

Казначея слова не убедили, но он всё же позволил себе облегчённо выдохнуть. Как бы там ни было, они собрались в самом тёмном участке сада, под раскидистыми ветвями – здесь и днём прятаться хорошо, а ночью-то уж и подавно.

– Господа, а не найдётся ли у вас чего-нибудь откушать? – проскулил кравчий.

– Разве что солонина… – вяло проронил сир Хью, то ли не желая делиться, то ли опасаясь ненароком отравить товарища.

– Ох-ох, кто же берёт еду на такое-то дело?! – возмутился казначей.

– Так уж получилось, господин-подельник-казначей, что сир Хью теперь всегда при солонине.

– Всё-то вы, лекарь, знаете, – удивился сир.

– Благодарю вас великодушно за предложение, – отозвался кравчий, – но от солонины я вынужден воздержаться. Желудок, знаете ли, после неё бунтует.

– Да она небось и жёсткая аки подмётка – берегите зубы! – скривился лекарь.

– Бе-ре-ги-те зу-бы! – запел шут. – Дзинь-дон-бом!

– Угомоните дурака! – в гневе воскликнул казначей.

– Господа-господа! – сказал писарь мистер Пэн и последняя растительность на его лысеющей макушке зашевелилась, а тощий кадык задёргался. – Мы зачем здесь собрались? Дело обсуждать, не так ли? Так давайте уж дело и обсудим! Неровен час, поймают нас здесь всех, отведут на плаху, головы в мешок сложим.

– Да не дёргайтесь вы так, ваша лысая башка палачу вряд ли симпатична.