Волхвы

Дед чувствовал себя эдаким охотником на бизонов, прикончившим последнего представителя вида. Руки тянулись к ружью, но разум подсказывал, что бизонов больше нет, ты их больше не встретишь, ибо шкуру последнего освежевали только сегодняшним утром. Успокойся, старый!

2

– Славик, на кой тебе 20 скоростей на велике?! – возмущался Женька. Друзья отправились покататься до ближайших посадок по новому маршруту с крутыми горками, в которые без проблем влетал Женькин велосипед «Десна», а Славиково страшно дорогое импортное барахло, как справедливо заметил для себя Евгений, даже на обычной дороге вело себя очень странно.

– Передачи… – Слава ехал, дёргаясь как паралитик, он всё время вздымался над сидением и проваливался вниз, потом привыкал, затем снова резко падал. – Передачи плохо переключаются, это не я! – уже не такой, как раньше, но по-прежнему пышного вида Слава говорил с отдышкой, вспотевшие пальцы проскальзывали на руле.

Женька снял ноги с педалей, чтобы дать другу фору. Дёргающийся образ сзади начал потихоньку приближаться.

– Давай меняться! – предложил Евгений. Мы с тобой так далеко не уедем. Помрёшь ещё в поле, а рядом никого нет.

– Но он же дорогой! Он должен быть лучше! Лучше дешёвой «Десны» из двух сваренных труб и с одной только скоростью! – верещал Слава. Он был хорошим парнем, но иногда зажиточность Елисеевых сказывалась даже на таких очевидных моментах. Поэтому Славик добавил натуги и пару раз щёлкнул маленьким язычком на руле.

Тут Женька понял, что езда фигуры позади резко преобразилась. Более того, пропали каторжные стоны, и – о, чудо – друг поравнялся с ним, демонстрируя улыбку шире задницы, как сказал бы его дедушка.

– Разобрался? – по-отечески спросил Евгений.

– Ага! – Слава светился от счастья. – Передачи перепутал, дятел! Теперь нормально покатаемся, погнали!

Раздался уже знакомый щелчок, и широкие колёса с протектором унесли надпись «KROSS» вперёд, дальше поля зрения друга.

– Вот и давай тебе фору! – проворчал про себя Женька. Он снова поместил ноги на педали «Десны» и принялся догонять зазнавшегося велосипедиста.

(Зато я не утопаю в собственном сале) – подумал про себя Женька.

(Всё равно ведь щас догоню)

Мальчишки выровнялись. Они неслись вокруг огромного поля, которому ещё предстояло принять целую армию деревенской техники, но пока оно представляло собой лишь океан развороченной земли и делать там было нечего.