Мрачный праздник

– Вот и отлично, а то я уже подумала, что ты никогда не закончишь.

– А я уже тебе говорил, что в этом кухонном фартуке ты сексуально выглядишь? – сказал Марк, ущипнув жену за ягодицу.

– Не подлизывайся, сказала же, что пирог позже получишь.

– Ну хорошо, а можно тогда уже открыть вино?

– Можно, только не напивайся, как на то Рождество.

– Постараюсь, – подмигнул Марк и зашагал к мини-бару.

Открыв бутылку красного вина, он упал на диван и принялся искать подходящий фильм. По телевизору почти на всех каналах показывали чёрно-белую классику с Винсентом Прайсом или с Белой Лугоши.

Марк остановился на фильме “Последний человек на Земле,” где персонаж Прайса вынужден был спасаться от зомби. Он уже, конечно, смотрел этот фильм, но ведь хорошую классику можно пересматривать бесконечно.

Разве нет?

Вино расслабило и вызвало лёгкую эйфорию. Вскоре пришла Трина с ужином, и они принялись есть у телевизора.

– Какой жуткий фильм! Может, включишь что-нибудь другое? Менее страшное.

– Да ты что! Сейчас начнётся самое крутое.

– Мне не нравятся зомби. Они меня пугают больше остальных монстров, – сказала Трина.

– Почему? – спросил Марк.

– Ну не знаю… Может, потому что они более реальные, чем остальные чудовища? Люди, превратившиеся из-за какого-нибудь вируса в ходячих мертвецов, вполне могут быть.

– Да не выдумывай, дорогая, как они могут жить, если у них мёртв мозг? Это же всё выдумки сценаристов и больных на голову писателей.

– А ты, кстати, расставил тыквы у дома? – спросила Трина.

– Ой, совсем забыл! Сейчас расставлю, – сказал Марк, вставая с дивана.

– Смотри, не наткнись на улице на зомби, дорогой, – сказала вслед Трина.

Марк вышел на улицу и принялся расставлять злобные тыквы на пороге. На улице уже вовсю расхаживали дети в костюмах страшил, стуча в дома и выклянчивая сладости. Марк вспомнил себя в этом возрасте, и как они с друзьями однажды постучали не в тот дом. Он по-прежнему помнил ту жуткую сморщенную старуху, похожую на ведьму с гнилыми чёрными зубами, которая бросила ему в мешок чёрный пакет, в котором он позже обнаружил засохшего человеческого эмбриона, почувствовав скверный запах из пакета.

Голова этого эмбриона была намного больше его крошечного тельца. Марк по-прежнему помнил уродливое лицо этого эмбриона, и как он похоронил его в неглубокой вырытой ямке в поле. Его потом часто мучили кошмары по ночам, где этот эмбрион был живой и полз за Марком, желая выпить из него всю кровь.