Левант

Фадик этот непонятный, кто его в десятники взял, тоже не внушил доверия. А город этот своеобразный, как молва ходит. Ну, думаю, переночуем, а потом видно будет. Но на второй день тоже ничего внятного мне Гидеон не сказал. Возле заключенной решил сам дежурить посменно с двумя товарищами. Дальше думаю, знаешь, – почесал лоб Мерольд, смотря куда-то в пол.

– Интересно, а куда эти цепи делись? – осенило вдруг Роберта, он посмотрел на Онвир, и та отрицательно покачала головой. Это означало, что на месте клетки их не было.

– Да на полу лежали возле камеры, еще подумал после, что забрать надо было, пригодились бы, если изловить ее, – не поднимая голову, сказал гвардеец, и он не видел бровей Роберта, которые пошли вверх после услышанного. – Дальше я понял, что в гарнизоне этом правды не найдешь и пошел к своему старому знакомому в этом городе. Кто такой не скажу, но знает многое и бывалый мужик. Он-то мне и сказал, что слушок прошел, между местных барыг, что бестию такую купить хотели очень за орого, вроде особенность у нее есть какая-то.

Мне он подсказал, где поспрашивать можно про нее. Только не успел я ответов найти, за мной эти бандиты увязались, и думаю неспроста. Успел я только узнать, что есть какой-то человек, Сапфир, и место под названием «Западный везунчик» и что он будет там сегодня ночью. Ну а дальше твоя дорогая меня спасла. Как есть рассказал, – договорил Мерольд.

– А вы когда сюда шли, за вами, надеюсь, никто не следил? – Роберт обвел обоих взглядом. – И ты спрашивать ходил в форме гвардии? – повел бровью путник.

– Ты что думаешь, мы в путешествие ездили, и одежды с собой взяли сундук. В накидке я был, не видно было, где служу, – ответил Гвардеец.

– Значит, наш путь лежит в этот «Западный везунчик», – проговорил еле слышно Роберт.

***

Время ушло за полночь, по темным улочкам под свет луны, качаясь от выпивки, бродили люди. Троица направилась искать беглянку. Роберт с Онвир пошли впереди и на расстоянии шагов пятнадцати за ними следовал Мерольд.

Решение такое приняли, чтобы не привлекать внимания, если их увидит кто-либо из ополчения.

– Онвир, дело приобретает скверный характер. Что-то тут попахивает. Порошок перемещения, как я узнал, просто так не сделать, и он не продается где попало. Он может быть либо у главы города, либо у Гидеона. Но это не точно. Куда делись наручники и цепь? Фадик отчетливо сказал, что убрали только тела. В побеге уже точно замешан кто-то из ополчения.