Мятеж

На текущий момент среди мозголомов существовали по крайней мере три взаимно противоречивых теории, почему в этом месте субъективное существование наблюдателя ничем не отличалось от обычной пустоты субсвета, но факт оставался фактом – если ты всё-таки соскользнул сюда из смертельно опасных недр суперсимметричного шестимерного топологического мета-пространства, математически надетого на проекцию субсвета, то твоему сабу уже ничего не угрожало.

Даже грозная стена файервола, несмотря на оригинальное значение этого слова, была тут скорее вполне абстрактным «геометрическим местом точек», нежели несла в себе какую-то опасность.

Никаких «стен огня» тут даже не ночевало.

Более того, в некотором смысле это сам саб представал здесь своеобразной стенобитной машиной, бывали случаи, когда неудачно спроецировавшийся на субсвет крафт оказывался способен разметать по ближайшему квадранту пространства объёмом в кубический световой час планетоид массой покоя в три тысячи гигатонн и при этом оставался целёхонек.

Правда, чаще бывало наоборот, разбалансированный саб, потерявший слишком много мощности, запросто мог выйти в субсвет по частям, потеряв односвязность пузыря. Разорванный в клочья квантовым горизонтом событий сгусток пустоты – вот и всё, что от него оставалось, это черепашья скорость света шутила свои шутки.

Но и при удачном всплытии в этом была дополнительная проблема – после продувки балласта даже идеально работающий накопитель собирал только часть диссипированной при погружении за пределы прочного корпуса энергии.

Сейчас же, при таком гравитационном шторме… только высунь край щупа за пределы файервола, он начнёт сиять в субсвете микроскопической, но очень заметной звездулькой. Расположенной там, где её никто не ждал и потому до неприличия привлекательной для эхо-импульсов даже на фоне вспухающей рядом неурочной сверхновой. Дайверы этот эффект в шутку называли «огнями святого Эльма», Дайсу было лень выяснять, в честь кого.

Тяжесть квази-инерции в пространстве, не знающем поля Хиггса, всё сильнее незримо тащила саб вперёд, и скоро… да вот, уже – начали проявляться в носовой части гемисферы призрачные следы файервола.

Так тихо.

И только навигаторы во главе с Тайреном знали, каких усилий им сейчас стоило это кажущееся спокойствие. Прямо по курсу из фиолетовой части спектра сначала едва заметно, а потом всё сильнее и сильнее начал выпирать идеально гладкий маслянистый на вид флюс субсвета.

– Есть пять знаков. Тащит дальше.