Фронтир

Творцы каждый раз подходили к нему с трепетом, без лишней необходимости не беспокоя. Он же их всех мог раскусить с полувзгляда. Если и был человек на Изолии, которого я действительно был не против сейчас повстречать, так это был дядя Вано.

Я помахал рукой, ускоряя шаг.

– Не ожидал тебя больше здесь увидеть, Рэд, ох, порадовал ты меня!

– Здравствуй, дядя Вано! И я не ожидал, иду себе по делам, а тут ты…

Он отогнал совсем уж захмелевшего от общения с ним «монтажника», протянул мне приветственно руку.

– Опять ты меня так называешь, а ведь знаешь, что мне не нравится! Нехорошо!

Его рукопожатие я тоже ценил – в меру крепкое, шершавое, ладонь широкая, теплая и уверенная.

– А как иначе, тебя так пол этого сумасшедшего мира называет!

– Ох уж… и на счет «не ожидал» ты всё врёшь, где же мне ещё быть, как не тут? Забыл просто про меня в своих скитаниях… я тебя сколько не видел, страшно подумать. Достали тебя Творцы вконец – разочаровался ты в этом мире, да? Я же вижу, неспроста всё.

Вот вам пример.

– Никак нет, просто служба. Другая Галактика не ближний свет.

Дядя Вано знал, что раньше это нам не мешало. И взгляд его был твёрд, хотя и светился незаданным вопросом.

– Понимаю. Ну, пошли, провожу. Тебе ведь в «Глобус»? Поговорим по дороге, чего время терять. Хоть и отпущено его нам много, да только зачем зря транжирить?

Неуловимым движением дядя Вано распустил свою механическую свиту, и мы направились дальше.

– Как у тебя жизнь?

– Да как она может быть у погрязшего в делах с ног до головы. Меня все эти последнее время просто со свету сжить вознамерились.

И огляделся вокруг, словно кто-то вокруг уже принялся его «изживать», но люди проходили мимо, не оборачиваясь на нас, вели какие-то свои нескончаемые разговоры, задирали вверх головы, что-то разглядывали, изредка смеялись.

– Дядя Вано, как ты вообще здесь живешь? На моей памяти не было ни одного инопланетника, который был бы в здравом уме и смог бы при этом прожить здесь больше пары-тройки лет. Они же невыносимы.

И его дежурная ухмылка в ответ. Мы отнюдь не в первый раз вели этот разговор.

– Ой, Рэд, что мне тебе сказать.