Видящий

 – ответил Джеймс

– Нет, мой друг, сойти с ума значит потерять контроль над разумом и мыслями, но при этом быть в сознании и полностью управлять своими действиями, это значит хотеть умереть, но страх смерти не даёт тебе этого сделать, это значит возненавидеть всё, что ты когда – то любил, это значит опустить руки, пытаясь что-то сделать. Это и значит сойти с ума. – сказал тихим голосом Адам и отвернулся к окну.

Ничего не поняв, Джеймс завёл машину и повёз Адама домой. По пути никто не проронил ни слова.

– Адам, мы приехали, церемония завтра в полдень, в церкви, оденься прилично, и не опоздай. – сказал Джеймс Адаму.

– Хорошо. – ответил Адам и вышел из машины.

Весь оставшийся день Адам пил виски, лежал на кровати и ни о чём не думал. Внезапно в нём проснулась дикая агрессия, и он стал переворачивать вещи в доме верх дном, разбивать зеркала и окна, лампы летели в стену, двери трещали от летящей в неё мебели.

“Сука! Сука! Сука! За что?! Почему?! Где я провинился?! Почему они, а не я?! Дай мне всё исправить! Бог, слышишь?! Дай мне всё исправить!”

Обессилив, Адам упал на колени, достал пистолет из рядом лежащего пальто, вставил дуло в рот, но не смог спустить курок – он струсил.

Тогда он выпустил всю обойму в стену, крича изо всех сил. Успокоившись, он лёг пьяный на кровать и уснул, ведь завтра будет трудный день.

Проснулся Адам за час до церемонии, и как бы странно это не казалось, он успел привести себя в порядок и приехать в церковь.

Он был одет в черный строгий костюм с черным галстуком, белую рубашку, брюки, и блестящие черные туфли. Единственное что портило его вид – это опухшее с похмелья лицо, но на это никто не обращал внимания, зная ситуацию. Адам сел в первый ряд и стал слушать священника.

– Мери, Мэлон, и Кристи Клеренс были людьми, которые всегда любили и были любимыми. Люди, которые верили в тебя, Адам! Они верили в тебя, а ты их бросил, ты их оставил, ты их убил! Ты и есть их смерть! – говорил священник смотря Адаму в глаза.

Адам с ужасом взглянул на священника, но тот читал совершенно обычные слова для церемонии, и смотрел он в книгу. Адам покрылся испариной, ему стало жарко, голова кружилась, в горле стоял ком. Ситуацию усугубили Ангелы на фресках, витражах и стенах – они все до единого плакали кровью и указывали пальцами на Адама, лица их были искажены в ужасные гримасы, а крылья обломились у самых лопаток.