Проклятая каста

Но сейчас уже как-то обвыкся, ну Конев, ну Иван Степанович, но уже не легендарный маршал, а простой человек из плоти и крови, один из многих героев войны, которая, к счастью, не стала Великой Отечественной, тут ее называют Отечественной Второй. Последним руку мне подал полковник с удлиненным овальным лицом, увенчанным высокой шапкой волос, его губы были сложены в благожелательную улыбку, от чего вокруг них образовалась складка, а внимательные глаза под широкими бровями смотрели изучающе.

– Борис Николаевич Кампов, – представил полковника Михаил, корреспондент газеты «Правда», будет писать про ваши с Сергеем Павловичем дела.

– Если коротко, то как, успех? – спросил я у Михаила.

– Вполне, от станции и складов, а также поселка Марьина Горка ничего не осталось, можно сказать, что уничтожена четверть всех припасов и топлива, 40 танков «Пантера» сгорело прямо в эшелоне из-за горевших вокруг цистерн с топливом, а снаряды рвутся до сих пор.

– А люди? – ужаснулся Сергей Павлович.

– Потери среди немцев пока неизвестны, мирное население же из Марьиной Горки немцы выселили еще год назад, когда расположили там крупный узел снабжения.

– Ну, ладно, давайте уже смотреть пленку, – нетерпеливо прервал наш разговор Василий Константинович, и мы всей гурьбой прошли в импровизированный кинозал: затемненную одеялами комнату, в которой был установлен кинопроектор, а на стене вывешена белая простыня как в фильме «Человек с бульвара капуцинов». Стульев всем не хватило, так что штабным пришлось постоять.

Погасив свет, кинооператор завел свою «шарманку», отобразив на экране съемку с борта самолета-разведчика. Внизу виднелась железнодорожная станция с большим развитием. Большинство путей были забиты составами вагонов и цистерн, среди поездов явно виднелся подготовленный к разгрузке на бетонную платформу эшелон танков со снятыми уже брезентовыми накидками. Отдельные ветки отходили к рядам складов, поселок по сравнению с этим складским хозяйством казался и вовсе небольшим.

Внезапно экран прочертили несколько падающих в разных местах предметов, в которых даже никто не успел опознать ракеты.