Смотритель маяка

Люди творчества вызывали у него восхищение. Ничего романтического, просто безобидная беседа.

– Привет.

Она вздрогнула. Карандаш покатился по стойке, свалился с края, отпрыгнув под барный стул. Артём подобрал его и положил рядом с альбомом.

– Спасибо. – Она не решалась смотреть на него. Артём с сожалением подумал, что вросшие в неё лианы юношеских комплексов будут портить ей жизнь ещё много лет. Очень и очень много лет. А ведь у неё даже прыщей на коже не было. Только бесконечная бледность, указывающая на дефицит железа в крови.

– Неужели я такой страшный?.. – Он приложил карту к терминалу и взял вазу с мороженым. – Меня зовут Артём. Не то чтобы я особо любопытен или обожаю живопись. И не подумай, я не заигрываю с тобой. Лишь хочу посмотреть на твои рисунки. Можно?

Девушки ничего не ответила. Она притаилась, как заяц, учуявший поблизости волка. Артём решил не отступать на половине пути.

– Я что-то не так сказал или сделал?

– Я не знаю, можно ли тебе доверять, – сказала она.

– Доверять альбом? – на всякий случай уточнил он.

– В принципе доверять.

– Феликс, мне можно доверять? – спросил Артём у бармена, стоявшего по ту сторону столешницы в сияющем окружении бутылок с ликёром.

– Первый раз тебя вижу, парень, – ответил Феликс без намёка на улыбку. – Не ты ли воруешь солонки со столов?

– Нет, я украл только твоё чувство юмора, – сердито отреагировал Артём. – И кстати, слово «чаевые» навсегда исчезло из моего лексикона.

– Тогда как ты его сейчас произнёс?

Уязвлённый Артём представил, как швыряет в говорящую голову с бородкой вазу с мороженым.

– Вот сейчас точно исчезло.

– Ой, не надо, не разоряй меня. – Феликс сложил руки на груди. – Здесь я должен встать на колени. Давай представим, что я это сделал.

Артём не рискнул наполнить иным содержанием фразу о стоящем на коленях мужчине, как бы его ни подталкивало к этому дурное воспитание. Мог запросто и совершенно справедливо получить вред средней тяжести.

– Твой сарказм умилителен. Мог бы просто сказать, что мне можно доверять.

Девушка молча подвинула к нему открытый альбом. Забыв о невразумительной стычке с бариста, Артём вгляделся в рисунок. На разворот страницы втиснулся старый, перекинутый через реку железнодорожный мост.