Смотритель маяка

Артём никогда не пожимал руки человеку в латной перчатке, но думал, что оно мало чем отличалось от рукопожатия Никиты. Какой же силы у него удар при таком пожатии, проверять желающих не было. Любитель потягать тяжести специально выставлял на обозрение гипертрофированные мышцы рук, одеваясь в мужские майки на бретельках. Он расхаживал в таком виде по институту, собирая восхищённые взгляды падких на красочные фантики девчонок.

Артём испытывал к атлетично сложенному однокурснику смешанные чувства. Отдавал должное бесконечной силе воли свирепого сверстника.

Крепкое тело не терпело разгильдяйства и требовало вложений многих ресурсов. Но Никита смотрел на всех не иначе как сверху вниз, а на выскочек у Артёма с юности укоренилась стойкая аллергия. И да, майка, может, и позволяла демонстрировать рельеф мускулов, но, чёрт возьми, сдавать в ней экзамен идея средней паршивости.

– Так ты поедешь к Еве? – спросил Артём Тима.

– Пропустить такой движ? Да ни за что! Без меня пьянка скатится в унылые старушечьи посиделки.

– Тогда я тоже поеду, развеюсь. – Он удивился собственным словам. Шумные компании его не прельщали. – Даже не думай напоить меня.

– О чём речь. – Тим обнажил острые зубы. – О чём речь.

– Тим! Многие согласились приехать?

– Пока обещалось человек пятнадцать. Стас улетает с предками в Сочи на выходные, Наташу не отпустит отец. Детский сад, ей-богу. У Андрея в эту ночь своя дискотека. Кто-то устал от нас, но не признается в этом даже под пытками.

– Мы никогда не собирались всем курсом, – напомнил Артём.

 – Кто-нибудь обязательно отсутствовал. Да и нужно ли это? И так проводим много дней в году бок о бок.

Артём поднялся быстрее, чем следовало. Лёгкое головокружение не заставило себя ждать.

– Уже уходишь? – Тим не скрывал, что соскучился по общению с другом.

– Сегодня приёмный день, – отозвался Артём. – Удачи на экзамене.

– Трояк меня вполне устроит. Заскочишь потом в «Берлогу»?

Артём посмотрел на часы. Какой бы загруженный ни выдался день, он всегда был готов найти время для чашки кофе.

– Через два часа.

– Тогда не прощаемся. Перекинемся в шашки.

– Мы оба знаем, что ты опять проиграешь. И не умоляй меня поддаться.

Тим показал другу сразу два средних пальца.

– В первый раз я сломаю только один из них, – предупредил Артём. – И Снежана не будет водить тебя в туалет. Может быть, Ева…

Ева вплыла в аудиторию, сотрясая зачёткой над головой. Лицо невысокой девушки оккупировали коросты выдавленных прыщей.