Живые Боги

Могли бы еще пожить, – с этими словами истребитель ударил говорившего с правой в челюсть. Послышался противный хруст, и бандит рухнул без сознания. Прежде чем остальные опомнились, истребитель бросился вперед. Левый упал с разбитым кадыком, правый успел ударить кинжалом, распоров Габриэлю куртку и поранив лопатку. Чертыхнувшись, воин с разворота нанес удар ногой в грудь оборванцу, отбросивший того шагов на пять. Больше бандит не поднялся.

– Молодец, хорошо справился, – похвалил голос, – я снова проспорил.

– Я не спорил и мне не стыдно. Их вобще-то было трое, – вслух произнес Габриэль и пошел к храму.

– Ты просто уйдешь? – возмутился Вэлиэл, – прикончить их всех – вот, что нужно сделать, нужно перерезать им глотки. Что, если той дорогой пойдет еще кто-то? Вернись, выпотроши их, развесь их кишки по кустам, чтобы другим неповадно было!

Стараясь не обращать внимания на голос, Габриэль скорым шагом двигался к храму.

В ушах звенело, кровь прилила к вискам и начинала болеть голова. Предстояла длинная, бессонная ночь. Голос, называвший себя Вэлиэлом, чаще всего по ночам вел с Габриэлем дискуссии, издеваясь над внешностью, привычками, образом жизни и идеалами юноши и его окружения. Извращенная философия Вэлиэла, который считал смерть основной, даже главной движущей силой жизни, расшатывала психику и без того нервного Габриэля. Обычно воин мысленно отвечал ему, но в моменты сильного волнения начинал говорить вслух.

Хотя, положа руку на сердце, Габриэль признавал, что Вэлиэл не так плох. Во время его явного присутствия у воина обострялись чувства, становилась быстрее реакция, даже сил словно становилось больше. А несколько раз голос предупреждал его об опасности. Однажды, когда они с Танриэлем и еще двумя рыцарями-паладинами отправились к озеру Фира, где непонятная тварь терроризировала население рыбацких деревушек, Вэлиэл спас весь их отряд от гибели.

Тварь оказалась речным драконом, необычайно злым. Несколько сотен килограммов неконтролируемой ярости и ненависти, полное отсутствие разума – вот с чем столкнулись в тот день паладины.

Они шли по берегу озера от одной полностью сожженной деревни в подавленном настроении.