Живые Боги

– Почему на тебе так много татуировок? – прошептала Лиора, проводя рукой по груди склонившегося над ней Габриэля, где с правой стороны был выбит маленький лавровый венок. Рука девушки медленно спустилась к прессу, на котором красовался короткий трезубец, перевитый цепью[4 - Обе татуировки – знаки гладиаторов. Трезубец набивают себе воины, которые провели десять смертельных поединков. Лавровый венок татуируется после двадцати смертельных поединков. Есть еще одна татуировка, которая набивается после пятидесяти боев – черный дракон.

Набивается обычно между лопатками.], и скользнула еще ниже.

– Что тебе сказать? – улыбнулся Габриэль, проводя языком по ее шее, – это дань традициям. Да и вопросов меньше задают: где я был, чем занимался. Ну всё, хватит разговоров.

Воин скинул оставшуюся одежду и лег с ней рядом. Ее руки обвили его шею, губы нашли его губы.

4

Габриэль проскользнул в комнату, которую они занимали с братом, когда на город уже упали сумерки. Аккуратно пробрался к кровати, скинул одежду и лег, собираясь от души выспаться.

– Как у тебя это получается? – поникшим голосом спросил Танриэль, – говорю я, не говорю – все едино. Ты ей и слова там не сказал, если не считать постоянной ругани, а она сама раздвигает перед тобой ноги.

Габриэль посмотрел на брата виноватыми глазами и протянул:

– Ну-у, общем-то это…

– Да ладно. Не оправдывайся.

– Давай поговорим.

– О чем? – безразлично спросил Танриэль.

– О тебе, – Габриэль глубоко вдохнул, стараясь подавить злость, – ты порой говоришь, как бредишь и несешь околесицу про любовь и остальную ерунду.

Это твои принципы и идеи, и если тебе нравится быть аскетом, лишающим себя удовольствия насладиться женским телом, то будь им, а меня не учи жизни. Я живу своей головой и своими желаниями, и я не виноват, что у меня столь легко получается попасть к понравившейся женщине в койку. Все выходит само собой. Кстати, эта Лиорелла не была девственницей.

– Какая прелесть, – ядовито ответил Тан, – счастлив это слышать.

– Ну-ну, не злись, – усмехнулся Габриэль, вставая с койки, – можешь попробовать сходить к ней тоже, вдруг повезет? Или тебе стали нравиться мальчики?

– Что?! – Танриэль вскочил с кровати, – ты совсем ополоумел, тварь!

Пудовый кулак Танриэля врезался Гебу в левую скулу. Тот даже не пытался уклониться, а просто стоял, глядя брату в глаза. От удара Габриэль перелетел через койку и врезался в стену.