Девятьсот восемьдесят восьмой

С уважением глядя на выдающуюся фигуру спутника, Марсель подумал, что тому следовало бы податься в профессиональный спорт – в метатели ядра, например, или диска. С такой комплекцией он смог бы добиться больших успехов. Так или иначе, но ни о каком высшем образовании и речи идти не могло – очень быстро выяснилось, что у Курьяна был настолько ограниченный кругозор, что историк только диву давался. Тем не менее, вспомнив о ситуации, в которой оказался, он постарался пока не демонстрировать собственного превосходства.

Кроме того, он все больше убеждался, что происходящее не могло быть плодом его фантазии. А картина, которую доцент наблюдал вокруг, пугала его своей дикой красотой. Наверное, он уже тогда понял, что произошло, но всячески гнал от себя эти мысли.

– Так, говоришь, староста может быть не в духе? – обратился он к спутнику, чтобы как-то поддержать разговор.

– Угу. Забавный ты, – отозвался Курьян, не сбавляя шага. – Я не понял, о чем ты толковал мне там, у ворот, но Михайло, думаю, быстро разберется, что к чему.

– Михайло – это кто?

– Да староста наш.

– Понятно. Скажи, а что за место такое? Никогда не был здесь.

– Ого! – Здоровяк остановился и многозначительно поднял палец. – Наше селище на всю округу славится, нельзя его не знать. Триполье! Запомни.

– Кхм. – Марсель поперхнулся от неожиданности. – Ты уверен? То есть я прекрасно знаю Триполье, у меня здесь отец родился.

– Нельзя, друг, столько пить, – сочувствующе покачал головой Курьян.

 – Знаешь, как у нас говорят: наливай, да меру знай.

– Да я… – Историк хотел было возразить, что к алкоголю совсем равнодушен, но вовремя сообразил, что для собеседника это, пожалуй, было единственным разумным объяснением его амнезии – во всяком случае, другого у него не было. – Пожалуй. Скажи-ка, друг, ты в Киеве бываешь?

– Случается.

Марсель успел уже обрадоваться такому ответу, но в следующий момент с трудом сдержался, чтобы не выругаться, услышав уточнение:

– Если на рассвете выйдешь, то к вечеру можешь и добраться.

Путь-то неблизкий, верст пятьдесят будет. Но это ничего, если очень нужно, найдем тебе попутчика.

– Благодарствую, – пробормотал историк, решив, что пока не стоит вдаваться в подробности. – Буду очень признателен.

– И все же, откуда ты такой взялся? – Курьян с улыбкой взглянул на спутника. – Говоришь странно, одет не по-нашему. А что за торба такая? Заморская, м? Я таких здесь не встречал.