Кукловод

Итан тоже набрал килограмм семь за последние годы, спрятал от меня свои кубики на животе.

Молчание затянулось. Надо что-то отвечать.

– Усталость накопилась, – соврала я, а в голове мигнуло – «трусиха».

– Усталость… – Итан грустно хмыкнул. – Врешь ведь. Я же вижу. Крис, не заставляй меня строить догадки. Если тебя что-то не устраивает, давай обсудим, решим и может быть…

– Я больше не люблю тебя, – выпалила я.

– … сходим к психологу… Что? – он уставился на меня, пытаясь понять, говорю ли я серьезно. Сжал зубы.

Хмыкнул и убрал руки с моих плеч. – Вот так поворот.

Итан отвернулся и какое-то время стоял ко мне спиной, ничего не говоря. Потом достал из сумки полотенце, перекинул через плечо и скрылся за дверью ванной комнаты.

Я забралась с ногами на кровать, уже жалея о том, что сказала. Я не была до конца уверена в своих чувствах, но мне и правда казалось, что то, что есть между нами уже нельзя назвать любовью. Привычка, привязанность – да. Но не любовь. Последний год и секс превратился в супружеский долг.

А ведь раньше мы подумывали сделать звукоизоляцию в спальне, чтобы соседи не косились на нас в лифте. Итану хватало одного взгляда и кривой ухмылки, чтобы я сама залезла и скакала на нём до утра, а сейчас…

Все эти годы он буквально окружал меня заботой, вниманием. Я даже не могла никому пожаловаться на него. И мама, и подруги сказали бы, что я грубо говоря «зажралась». А может, так и было… Иногда даже любимый десерт приедается и хочется жареной картошки. Мой психоаналитик назвал это семейным кризисом семи лет.

Предложил делать друг другу разные приятности, искать плюсы… Но пересилить себя я так и не смогла.

Я слушала как льется вода в душе и представляла, о чем сейчас думает Итан. И мне вдруг стало невыносимо больно от того, что сказала ему. Я зажмурилась.

Те десять минут, что он был там, мне показались вечностью. Когда он вышел, я чувствовала его напряжение каждой клеточкой. Он доставал вещи из сумки, стоя ко мне спиной. Я слезла с кровати и подошла к нему.

Итан вытянулся, услышав мои шаги, но не обернулся.

Я аккуратно проскользнула к нему спереди и обняла. Итан стоял молча, опустив вниз руки с чистой одеждой.

– Забудь, что я сказала.

– Это будет непросто.

– Я, действительно, устала… Расстроилась из-за отпуска, вот и ляпнула глупость.

– Это жестоко, Крис. Даже для тебя.

Сердце снова сжалось.

– Я знаю. Прости.

Он бросил одежду, которую держал, на кресло рядом с нами и обнял меня обеими руками.