Книга Иоши

Мне хотелось кричать на всю улицу, чтобы каждый знал, как мне больно, но останавливала только мысль, что никому из них до меня нет дела. Все мы в этом мире одиноки, все друг для друга чужие люди. Многим из нас даже невозможно найти какой-либо поддержки в нашем безликом существовании.

Я остановился напротив дома Кулака. Мы с ним знакомы с самого детства и держались всегда друг за друга. До сих пор помню, как моя мать после переезда в Нижний Родищенск насильно заставляла меня с кем-нибудь подружиться.

Счастливчиком оказался Кулак. До сих пор неясно, удачный это был союз или нет, но все мое взросление проходило с ним, он был рядом с моими взлетами и падениями. Он, наверное, единственный, кто еще мог понять меня, хотя с нашей последней встречи прошло уже достаточно времени, да и меня не было в его жизни в сложные минуты, поэтому сомневался в желании увидеться с ним.

Я подошел к металлической ограде с облупившейся краской и проржавевшими швами и издалека заглянул в окна дома.

Он действительно был заброшен, внутри не было следов жизни.

– Андрюха! – крикнул я, где-то в глубине себя надеялся, что он еще жил там, но меня встретила только тишина. – Кулак!

Тишина. Из-за чего-то меня пробило на смех, сопровождающийся слезами. Лицо нервно дергалось, принося лишнюю боль. Улыбка улетучилась, как только зашел домой. На какие бы новые свершения ни собрался, я лишился своего главного советчика. Вся дальнейшая жизнь представлялась как блуждание в темноте.

Без света и цели.

И этот чертов дом – я не имел понятия, что с ним делать. Оставаться в Родищенске не хотел, потому что не видел в таком захолустье своего будущего. И оставлять дом в заброшенном состоянии тоже не хотел, яркий тому пример дом Кулака. Такой судьбы для родительского дома не пожелал бы. Последний вариант пристроить дом кому-нибудь достойному, тому, кто захочет в нем провести свои последние деньки и передать дом более справедливым детям. Замысел в том, чтобы дом был кому-то действительно нужен и важен.

Не то, что мне.

Я бродил по дому, как будто прощаясь с ним, хотя понимал, что это произойдет нескоро. При всем хламе дом казался пустым. Так сильно не хватало мамы. С моим присутствием ничего там не ожило, не творилась магия. Все просто вокруг существовало. Я должен был страдать, а не думать, что делать с домом. И, чтоб как-то исправить положение, пошел в комнату матери. Она переехал в мою узенькую коморку.