Край непуганых

Глаза его блестели азартом. Я был терпелив.

– Так, еще раз медленно: я дышу воздухом, пока поезд стоит. Сейчас куплю какой-нибудь журнал в киоске, сосиску в тесте и поеду дальше. У меня утром съемки. Дать тебе автограф?

На него мой монолог не произвел никакого впечатления. Даже наоборот, он стал улыбаться еще шире.

– Я предупреждал тебя, чтобы ты не входил. Теперь придется угостить меня чашкой кофе вон в том заведении, и, клянусь, ты не пожалеешь. Ну, не очкуй, майор!

Его фамильярность начинала меня раздражать, но я вынужден был закрыть на нее глаза.

Первое, чему меня научила Аллочка Сиротина, когда мое лицо стало узнаваемым, это доброжелательность в общении с поклонниками, как бы назойливо они себя ни вели. «Сравни Питера Устинова и Филиппа Киркорова, раздающих автографы, и никогда не делай как второй».

Я посмотрел на часы. До отъезда оставалось двадцать пять минут. Кафе находилось в шаговой близости, на чашку уйдет минут пятнадцать. В принципе, допустимый расклад, можно даже устроить небольшую автограф-сессию для посетителей… если, конечно, мой полоумный спутник в сером плаще не маньяк, а предложенное им кафе – не замаскированная живодерня из молодежного ужастика «Поворот не туда».

Я оглянулся на местного полицейского. Парень стоял на прежнем месте, заложив руки за спину, и с любовью осматривал привокзальную площадь.

«Передвижная ярмарка, – подумал я. – Ждите клоунов».

– У меня пятнадцать минут.

– Этого хватит! – обрадовался мужчина.

 – И там очень вкусно готовят!

От дорожного кольца, в центре которого возвышался Пушкин, в разные стороны, словно отмеряя четверти на циферблате часов, расходились узкие улицы. Серый Плащ повел меня к той, что уходила влево. По дороге я увидел велосипедную стоянку. Четыре одинаковых и весьма дорогих велика стояли в ряд у стены булочной, словно лошади у ковбойского салуна. На моих глазах на точно таком же велосипеде к стоянке подкатила седовласая дама в элегантном светлом костюме.

Ловко выпрыгнув из седла, она поставила железного коня рядом с другими и, поприветствовав кивком моего спутника, отправилась за хлебом.

– Бесплатный велошеринг, – удовлетворил мое немое любопытство проводник. – Берешь велосипед, доезжаешь куда нужно и оставляешь на другой парковке. Ни замков, ни цепей, ни даже джи-пи-эс, как на наших самокатах… А это ты только что видел пенсионерку Елизавету Никитичну Хрунину. Милая женщина, мужа недавно схоронила.