Панацея

Но как он ни старался, не было больше сил сопротивляться этому удушающему противному монстру, когда, словно тонущий в какой-то мучительной трясине, он хватался за последнюю соломинку, за хрупкий прутик, протянутый с берега. И вот сегодня за завтраком, сделав первый глоток свежезаваренного крепкого чая, он почувствовал, что единственная удерживавшая его веточка хрустнула, и ничто больше не поможет ему остаться на поверхности. Зыбь окончательно засосала его.

Стиснув зубы, он придвинул поближе раскрытый на нужной странице экран ноутбука и быстро начал перебирать пальцами по клавиатуре, словно азбукой Морзе, выстукивая заветные, тысячу раз прокрученные в голове строки:

«Привет, Мия! Ты, наверное, не знаешь меня, но не пугайся.

Я твой давний подписчик и всегда с интересом смотрю каждый твой ролик…»

Глава 2. Подарок

Горячий мясной сок брызнул во все стороны. Выругавшись вполголоса, Ксавьер половчее перехватил пальцами нож и надавил посильнее. Поджаренная корочка подалась и с аппетитным хрустом разъехалась в стороны, обнажая свежее сочное нутро.

Средней прожарки, с длинными тонкими мясными волокнами, тающими на языке, это ли не наслаждение. «Какой нектар! Воистину, вот пища богов, – подумал Ксавьер, перекатывая языком по нёбу нежную текстуру. – Кто бы мог подумать, что креатурное мясо окажется таким вкусным!»

Неожиданный звонок в дверь прервал его ленивые размышления.

– Ату, открой, – крикнул он, не желая отрываться от трапезы.

Должно быть, вернулась Мия, по рассеянности опять забыв какую-то папку.

Неслышным шагом в столовую вошла Ату, держа в вытянутой руке какую-то ярко-красную коробку, перевязанную громадным зелёным бантом. «Что за нелепость! – мелькнуло в голове Ксавьера. – До Рождества ещё далеко!»

– Посылка на твоё имя, – сказала Ату, подходя вплотную и аккуратно водружая аляпистую коробку между соусницей и бокалом вина. – Наверное, подарок от очередного поклонника.

– Как же они надоели своими писульками! – нахмурился Ксавьер.

– Да брось, это же так мило! Только представь, ещё в начале года тебя никто не знал, а теперь ты мировая звезда!

– Звезда! Весьма мило! – передразнил Ксавьер.

– Ты знаешь, что я имела в виду. Одно дело быть экспериментальным исследователем, широко известным только в узких научных кругах, и совсем другое вдруг проснуться кумиром миллионов.

– Едва ли я кумир миллионов, – покачал головой Ксавьер.