Сорвавшийся с цепи

Дерюга-младший накатил бухача после обеда, а когда ему приспичило отлить, шарахнуло землетрясение. Нетрезвый Петька поскользнулся и ударился башкой об умывальник. Да так неудачно, что раковина разбилась, и он распорол себе горло об осколок.

– Ну и дела! – продолжал удивляться Мизгирь. – И что, Мирон с братвой поверили в такое совпадение?

– Трудно сказать. Когда все случилось, бар был еще пуст, и Петькины телохранители его в сортир не провожали. Но все клянутся-божатся, что прежде чем они всполошились и нашли истекшего кровью босса, посторонних в «Козырном короле» не было.

– Так они же небось Дерюгу-младшего и кокнули. А потом обставили все как несчастный случай.

– Очень маловероятно. Если бы кокнули, то уже слиняли бы из города, а не притворялись, будто они ни при чем. Видно, что парни и вправду растеряны. Мирон ведь их в любом случае закопает. И уж коли они и впрямь были бы виноваты, то явно не стали бы так искушать судьбу.

– Надо полагать, – согласился комвзвода.

– Петька и сам был нехилый детина. Даже в зюзю пьяный он оказал бы убийце сопротивление, – продолжал Кайзер. – Но следов борьбы нет. Толчок же был баллов на шесть и резкий. Такой даже трезвого сшибет с ног на скользком полу, не говоря о пьяном. А пол в сортире «Козырного короля», сам знаешь, всегда скользкий, хоть мытый, хоть немытый.

– То есть Мирон версию с убийством исключает?

– Наверняка исключит, когда успокоится.

– Я бы на твоем месте не был так уверен, – усомнился Мизгирь. – Мирон – дотошный ублюдок. Гибель Петьки он просто так не оставит.

– В пользу убийства говорит лишь одна деталь, и та сомнительная, – справедливости ради уточнил Кайзер. – Перед смертью Дерюга-младший пытался что-то написать собственной кровью на полу, но не успел. Одну только букву «М» изобразил, и все. Разумеется, не факт, что он писал имя убийцы. Но когда человек с разрезанным горлом бьется в агонии и торопится о чем-то сообщить, тут есть над чем задуматься.

– Его могли прирезать в отместку за ту изнасилованную девчонку, – предположил комвзвода. – По ней в Погорельске немало мужиков сохло. Как там бишь ее звали?

– Дочку Крапчатого? Марина, кажется.

– Вот тебе и буква «М»! Но опять же, с чего вдруг Петька вспомнил о ней перед смертью?

– Возможно, решил таким образом перед ней покаяться.