Пленники Диргана

Смаглеров атаковала гигантская птица – или, правильнее сказать, крылатое чудовище – такой величины, что люди в сравнении с ней выглядели столь же жалко, как мыши рядом с орлом.

Взмахнув крыльями, тварь вызвала окрест себя шквал, который сбил с ног растерявшихся копателей и заставил пригнуться Клыка и остальных, кто находился в стороне от завала. С земли взметнулась целая туча снега, мгновенно сделавшая и без того отвратительную видимость нулевой. Правда, ветер тут же ее развеял, но этого времени хватило, чтобы летучий райзер скрылся с глаз, избежав выпущенных ему вслед пулеметных очередей и унеся в когтях свою добычу.

– Живо все внутрь! – заорал Нублар. – Внутрь, кому говорят! В укрытие!

И, отринув гордость, сам бросился помогать раскапывать завал. Старпом, разумеется, не мешкая, поступил так же. А Клинки вскинули пулеметы и нацелили их в небо, надеясь, что кружащий над островом дракон все-таки уязвим для пуль.

Карр к сайтенам не присоединилась. На нее сейчас легла самая ответственная задача: продолжать держать ухо востро и предостеречь товарищей, как только райзер надумает вернуться.

Увы – не забыл! Не прошло и минуты с его первой атаки, как Лавина вновь расслышала уже знакомый ей зловещий шум.

– Летит! Летит! – закричала она. – Берегись! Прячься!

В данный момент укрыться от дракона во дворе можно было лишь нырнув с головой в сугроб. Да и это ни у кого бы не вышло, поскольку снег был слежавшийся и плотный. И смаглеры не придумали ничего другого, кроме как бросить работу, взобраться на завал и прижаться к стене – все лучший выход, чем оставаться на открытом пространстве.

Бросься вильдеры следом за ними, и у стены неминуемо возникла бы толчея. Поэтому, вместо того чтобы убегать, Ржавый Клык остался на месте и поинтересовался у Карр:

– Где именно райзер? Откуда он летит?

– Оттуда! – Замешкавшись на мгновение, Лавина уверенно указала пальцем в направлении башни.

– Свинцовый щит! – скомандовал вождь своим бойцам. – Огонь!..

Скорострельные «лидбиты» выпустили навстречу крылатому монстру тучу пуль, от которой он никак не смог бы увернуться и которая грозила попортить ему шкуру.