Вторжение

Декарус охнул, но сумел вскочить на лошадь, стащив солдата графа. Усатый тем временем вытащил вторую стрелу и натянул лук, но выстрелить второй раз уже не успел. Декарус за долю секунды до выстрела одним ударом перерубил лук и разрубил череп врага. При этом лошадь дернулась, и ему пришлось бросить меч, чтобы ухватить правой рукой поводья и удержаться в седле. Левая рука перестала его слушаться. Декарус посмотрел на наконечник и увидел, что кровь сочиться, но не очень быстро. Конечно, непонятно, что происходит на спине, но сейчас это не важно.

Он подумал и решил не слезать с коня, чтобы подобрать меч. Голова кружилась, и он мог не забраться в седло второй раз. Вместо этого Декарус направил коня через кусты в сторону южного тракта, который, как он надеялся, был еще свободен от крестианцев.

Вечером этого дня, уже на закате, всадник со стрелой в спине, пригнувшийся к холке, был замечен патрулем второго кавалерийского полка центральной армии на южном тракте. Всадник бредил, опустив поводья, а конь просто брел.

Патруль доставил всадника в расположение полка, и, взяв его под руки, солдаты пошли к палатке полковника.

Когда они пришли, и дежурный доложил полковнику, тот сразу велел привести раненого. Полковник в позолоченных доспехах с седыми усами, но мощной фигурой борца, поднялся из-за походного столика, где он сидел над картами с несколькими офицерами.

– Полковник Скарт, – тихо проговорил раненый.

– Вы меня знаете? Кто Вы, откуда, и кто Вас подстрелил? – спросил Скарт.

А это был именно он – правая рука герцога Нейла, командующий кавалерией центральной армии.

– Меня, зовут Декарус, я – сотник с границы графства Адлер. Вы меня не помните, но я был в Вашем полку, когда мы брали Тьор.

– Так это мой славный ветеран, дайте ему вина, – он кивнул дежурному, – и проводите к медикам.

– Подождите, полковник, – остановил его Декарус. – Я весь день провел в седле, чтобы привести важное известие. Армия перекрестия перешла границу, и они движутся по центральному тракту, там меня и подстрелили, все мои люди мертвы.

В палатке повисла тишина. Полковник повернулся спиной к Декарусу и сделал шаг в сторону стола с картами.

– Этого не может быть! Крестианцы не посмели бы напасть на нас! Наверное, на тебя напали переодевшиеся разбойники, и ты бредишь?

– Нет! Я сам видел полки из Хаубурга, так же, как вижу сейчас Вас. Я видел по меньшей мере три тысячи солдат, и они всё время прибывали.