Лес древних

– Гарих, -сказал император, стоявшему сзади начальнику охраны. Мы возвращаемся домой. Надеюсь, твои слуги поработали, как надо. Объяви всем, что через три дня прием в честь победы на над Тьором. Где мой конь?

Когда колонна победителей приблизилась к воротам Хаубурга, те гостеприимно открылись. Вдоль ворот выстроился почетный караул. Немногочисленный тьорский гарнизон, оставленный Нейлом, был вырезан накануне ночью. Идея переодеть стражу императора в челядь замка, поваров, конюхов и садовников принадлежала Гариху.

После возвращения в императорский дворец Йохан вызвал двух командиров стражи и, сидя на троне, до коликов в животе смеялся, слушая их рассказ, о том, как они резали ничего не подозревающих тьорцев.

– 

Гарих, ты просто гений предательства, – сквозь слезы смеха, проговорил Йохан. – Надо же, дичь, фаршированная ядом. Сколько говоришь, сразу два десятка отравились? Тоже мне – солдаты, есть в доме врага. Ну да ладно, получишь от меня в награду за преданную службу графство в герцогстве Гюр.

Девчонку кстати не нашли?

– Спасибо, ваше величество, – ответил Гарих. – Нет, она как сквозь землю провалилась, может, мертва уже. Да и не ровня она вам уже. Лучше обратить взор в другую сторону.

– В какую, же?

– Будущая вдова лоттского короля, Рабелия. Король выжил из ума и говорят вот-вот отдаст концы. Говорят, она умна, управляет государством вместо своего, впавшего в слабоумие, мужа. Может быть, и не красавица, но и не уродина..

– Вот как! А нет ли у тебя ее портрета?

– Закажу сделать, ваше величество.

Но, думаю, что лоттское золото может украсить любого урода.

– Но девчонку надо все равно поймать, она меня оскорбила отказом, – нахмурился Йохан,– это не должно ей сойти с рук.

– Как скажете.

Через три дня всё высшее общество империи Перекрестия собралось в приемном зале императорского дворца в Хаубурге. Император торжественно восседал на троне. В этот день его все же уговорили сменить черное платье на более торжественные одежды с золотым шитьем. На голове его была корона с огромным бриллиантом, размером с яйцо.

По правую руку стоял Гарих и командиры его армии – виновники торжества, по левую руку – вассалы. Молодой Нугард в синих одеждах, умудренный опытом седой герцог Луг, с вышитым на груди кафтана соколом, и влиятельный барон Шварцвальд, в простых белых одеждах с черными перекрестиями на груди и спине. За ним робко жался пятнадцатилетний племянник графа Адлера, погибшего со всеми сыновьями в походе на Тьор.