Путилин и Петербургский Джек-потрошитель

Старик еврей высоко простер руки.

– Благодарю тебя, Боже! – вдохновенно вырвалось у него. – Не за то, что погиб бедный ребенок, а за то, что Твоя десница указала гнусного похитителя и убийцу малютки! О, скажите нам, кто этот злодей?

– Гу-бер-ман! – невозмутимо-спокойно, по слогам, произнес гениальный сыщик.

Если бы здесь, вот в эту секунду разорвалась бомба, она бы не могла произвести более потрясающего эффекта, чем одно это слово.

Старик еврей в ужасе попятился от Путилина, два других, вскочив со своих мест, замерли-окаменели.

– К… как? Губерман?! Вы говорите: ребенка похитил и убил Губерман, уважаемый минский житель Иосиф Соломонович Губерман?

– Да.

Старик заметался.

– Это жестокая шутка, ваше превосходительство… – с трудом слетело с его трясущихся губ. – О, это ужасная выдумка!

– Вот то донесение, которое я, сильно заинтересованный этим делом, только что получил. Потрудитесь послушать.

И Путилин громко, внятно прочел содержание депеши.

– Этого быть не может… Это подвох со стороны какого- нибудь нашего заклятого врага! – исступленно заревел библейский старец и вдруг грохнулся перед Путилиным на колени.

 – Ваше превосходительство! Господин Путилин! Теперь более чем когда-нибудь мы умоляем вас взяться за расследование этого страшного дела! Клянемся вам именем Бога и святой Торы, клянемся нашими детьми и потомками – у нас не существует ритуальных убийств! Спасите нас, пролейте свет на это мрачное происшествие!

Старик судорожно старался поймать и поцеловать руку великого сыщика.

Путилин, человек чрезвычайно мягкий, доброжелательный и сердечный, был растроган и поражен этим страшным взрывом отчаяния.

– Что вы… Что вы… Встаньте… Ну, хорошо, ну, хорошо… – мягко забормотал он. – Я возьмусь за ваше таинственное дело и постараюсь сделать все, что смогу. Теперь слушайте: там, у вас в Минске, знают, что вы обратитесь ко мне?

– О нет!.. Хотя, если… А, впрочем, может быть…

– Так вы вот что сделайте: немедленно дайте знать, чтобы ваши посланцы всюду раззвонили, что Путилин наотрез отказался вмешиваться в это дело.

Поняли? Ну, а теперь прощайте, господа!

Когда обрадованные евреи вышли, великий сыщик написал шифрованную депешу следующего содержания:

«Сильно заинтересованный делом о предполагаемом ритуальном убийстве, выезжаю сейчас экстренным заказным. Труп девочки оставьте до моего приезда.

Путилин».

В Минске. Еврейское гетто.