Путилин и Петербургский Джек-потрошитель

Кто-то схватил в охапку агентшу, но, получив здоровый удар от агента X., с проклятием выпустил ее из своих рук.

– Дьявол! Здорово дерется!..

Минуты через две мы очутились перед той лестницей, ведущей на «галдарейку» флигеля, по которой сегодня утром подымался горбун. Путилин поднялся первый. За ним – агент X., потом я, последней – агентша-сыщица.

– Вы ничего не знаете? – терзаемый любопытством, тихо спросил я ее.

– Да разве вы его не знаете? Разве он скажет что-нибудь наперед? – ответила загадочно она.

Вот и эта галерея, вонючая, зловонная.

Она была почти темна. Только в самом конце ее, из крошечного окна лился тусклый свет сквозь разбитое стекло, заклеенное бумагой. Перед нами была небольшая дверь, обитая старой-престарой клеенкой. Длинный засов, на нем – огромный висячий замок.

– Начинайте, голубчик! – обратился Путилин к агенту.

Послышался чуть слышный металлический лязг инструментов в руках агента X.

– А теперь, господа, вот что, – обратился уже к нам Путилин.

С этими словами Путилин подвел нас к конуре, напоминающей нечто вроде сарая-кладовой.

Я недоумевал все более и более.

– Иван Дмитриевич, да объясни ты хоть что-нибудь подробнее.

– Тс-с! Ни звука! Ну как?

– Великолепно! Кажется, сейчас удастся, – ответил X.

– Ну?

– Готово!

– Браво, голубчик, это хороший ход! – довольным голосом произнес Путилин.

– Пожалуйте! – раздался шепот агента X.

– Прошу! – пригласил нас Путилин, показывая на открывшуюся дверь.

Первой вошла агентша, за ней я. Путилин остановился в дверях и обратился к Х::

– Ну а теперь, голубчик, закройте, вернее, заприте нас на замок таким же образом.

– Как?! – в сильнейшем недоумении и даже страхе вырвалось у меня. – Как?! Мы должны быть заперты в этом логовище страшного урода?

– Совершенно верно, мы должны быть заперты, дружище… – невозмутимо ответил мой друг.

Путилин полез в карман за потайным фонарем. В эту секунду я услышал звук запираемого снаружи замка. Много, господа, лет прошло с тех пор, но уверяю вас, что этот звук стоит у меня в ушах, точно я его слышу сейчас. Чувство холодного ужаса пронизало все мое существо.