Врата войны

Тетя Надя явно передергивала. Портальщики никогда не бывают стрелками. Портальщики – это каста. Бывшего стрелка они не примут в свои ряды. – Будете убивать?

– В случае угрозы для жизни – придется. Чтобы не прикончили самого. Знаете, нет никакого желания нарочно подставлять лоб под пули.

– Ради того, чтобы прогреметь в виртуале, вы готовы застрелить живого человека? Разумеется, тут многие считают стрелков героями, но на самом деле они – обычные убийцы, которым врата развязывают руки.

– Самое глупое занятие на свете – оправдываться, – заметил Виктор.

– Вы сами сказали, что готовы убивать. Разве для этого есть оправдания?

– В пасиков я не буду стрелять. А иногда хочется – признаюсь.

– Вы всегда найдете для себя оправдания, лазейку…

– Вам нравится приписывать другим подлость, добавлять яду в каждую фразу.

– Яд необходим. – съехидничала Надежда Сергеевна. – Хотите быть стрелком и остаться чистеньким? Не получится.

– Я – портальщик… Да ладно, ладно. Я не стану кричать о своей невиновности.

– Значит, вы согласны испачкаться?..

– Вам этого хочется? Чтобы я оскоромился?

– И если вам доведется кого-то убить, расскажете об этом?

– Возможно.

Виктор стиснул зубы. Чувство было мерзейшее. Как будто его только что заставили признаться в совершенном преступлении, хотя на самом деле ничего дурного он не сделал.

– Виктор не способен на подлость… – кинулась ему на помощь Алена. – И потом, он же сказал: его дело – репортажи. Он будет снимать на инфашки, а не участвовать в операциях.

«Надо спешно заканчивать разговор. Спорить дальше – невыносимо», – решил про себя Ланьер.

– Кстати, вы давно общались с полковником Скоттом? – спросил Виктор, отлично зная, как Надежда Сергеевна относится к полковнику.

– Предпочитаю общение с обычными вояками, чем с этим фальшивым миротворцем, – Надежда Сергеевна поднялась. – У меня масса неотложных дел. Не провожайте. Ни к чему, – заявила строго, видя, что Алена поднялась – сопроводить ее до калитки.

Тетя Надя удалилась, шурша своим лиловым платьем-колоколом.

– Разве мы не знаем всю правду о той стороне? – проговорила Алена задумчиво.

– Мне кажется, что нет. Завратный мир представляется здешним обитателям весьма превратно. – «Неплохой каламбур», – усмехнулся про себя Виктор. – Мы боимся той стороны, а значит – проявляем агрессивность. Мы против них, и так было всегда. Наш мир стал един только благодаря Дикому миру.