Тень Нерона

– Кто это провинциал, Верджи? Рассчитываешь его подцепить? – Красавица в лимонном бикини улыбнулась кокетливо, но в меру – как будто прикидывала, стоит ли тратить на незнакомца время. И по тому, как остыла улыбка на ее губах, сделалось ясно, что тратить время она не собиралась. Однако не могла отказать себе в удовольствии спутать планы “подруги”.

– Мой клиент из “Жемчужины”, – сказала Верджи сухо. Ясно было, что ей хочется отделаться от блондинки как можно скорее.

Та как будто и не заметила раздраженного тона Верджи.

– Я – Ири. – Девушка чмокнула Марка в щеку. От нее пахло морем, свежестью и чуть-чуть – какими-то терпкими духами, запах которых ни одна вода не может смыть. – Откуда ты прибыл, малыш? С Психеи? Или с Лация-два? В “Жемчужине” дорогие номера, – он вновь заинтересовал ее, но совсем чуть-чуть. Скорее всего, она прикидывала, можно ли этого парня раскрутить на обед в дорогом ресторане или на вечер в казино “Париж”.

– С Лация.

Ири усмехнулась:

– Не пудри мне мозги, парень! У меня в комбраслете миниатюрный детектор лжи.

– Тогда кто же я на самом деле? – Пока что Марк находил разговор забавным.

– Бывший раб, – отвечала Ири. – Вероятность пятьдесят процентов и наемник – вероятность сорок.

– Бывший раб? – у беглеца с Колесницы Фаэтона дрогнул голос. Слова прозвучали звонкой пощечиной.

– Я встречала одного жиголо, который выдавал себя за патриция с Лация, девчонки вешались на него гроздьями, – сообщила Ири.

Верджи молчала и пыталась сделать хотя бы глоток из пустой чашки.

– Девчонки любят патрициев с Лация? – Марк не знал, как прекратить этот неприятный ему разговор.

– Очень не любят таких, кто пытается пудрить им мозги, изображает из себя за аристократа, но при этом останавливается в “Жемчужине”.

Поселиться в “Жемчужине” брату посоветовала Лери. Еще один розыгрыш обожаемой сестрички?

“Ну что, вернусь – спрошу. И отомщу. Или поблагодарю. За спасение от опасных хищниц”, – Марк плотоядно улыбнулся.

Похоже, Ири приняла его улыбку на свой счет.

– Ладно, ладно, я тебя прощаю, – объявила она. – Хороша бы я была, если бы поверила что ты – патриций. Но обещай больше не врать наивным девочкам.