Олимпиец

Были среди гостей не только патриции, но и плебеи – из тех, кто занимал высокое положение, – префект Норика и префект космической разведки Герод Аттик прибыли одними из первых. Послы других колоний-реконструкций также присутствовали, к тому же с помощниками, а некоторые, как посол Неронии, – с многочисленной свитой.

Едва Валерия и ее муж отошли от консула, как рядом с ними очутился посол Неронии, граф Чеано. Высокий, худощавый, в черном, расшитом золотом мундире, в узких брюках и лакированных сапожках с символическими золотыми шпорами, он церемонно поклонился и поцеловал Валерии руку.

– Я могу с вами поговорить, сенатор Валерия? – поинтересовался граф Чеано.

– Это деловой разговор? – Лери капризно улыбнулась, давая понять, что в этот вечер говорить о делах ей совсем не хочется, она намерена отдыхать и веселиться напропалую.

– Вас это смущает? Я слышал, вы умеете сочетать дела и отдых, – улыбнулся Чеано.

– Надеюсь, разговор будет не слишком длинный.

– Я готов беседовать с вами хоть десять часов подряд, – попытался подольститься посол.

– Попробуйте уменьшить это время как минимум раз в сто, – посоветовала ему Валерия. – Тогда я вас выслушаю, и мы не опоздаем к столу. Консул этого терпеть не может.

– Попробую уложиться. Но хочу вас предупредить, что разговор конфиденциальный.

– И не подумаю оставлять с вами свою жену! – Друз, всегда недолюбливавший неров, сделал шаг вперед, заслоняя жену.

– Я не настолько наивен, чтобы думать, будто жена не разболтает мужу любую тайну. Не собираюсь от вас ничего скрывать, совершенный муж.

Мудрость патрициев поможет вам оценить, что делать с информацией, которую я сообщу. – Нер явно хотел задеть Друза: практически всем был известно, что Друз сделался патрицием благодаря браку с Лери. Но своей цели он не достиг – потому что на самом деле Друз обладал генетической памятью от рождения, правда, незаконно. Но об этом знали только трое: он сам, его жена и ее брат Корвин.

Так что в ответ Друз лишь презрительно усмехнулся: нет ничего слаще тайного превосходства.

– Лучше выйдем из общего зала в боковую экседру, – предложил Друз. – Там пока мало народу.

– Так о чем же речь? – спросила Валерия, когда они остановились у фонтана.

– Всего несколько слов, – заверил посол Неронии. – Мы теперь не воюем, не так ли?

– Насколько я помню, да, – изобразила некоторое раздумье Валерия.

– Но раньше воевали. Например, двадцать пять лет назад.

– Да, было дело. Никак не могли поделить планету Фатум.