Сыщик

– А когда с меня снимут ошейник?

– Скоро. Я сама жду с нетерпением. Хочется поглядеть, каков ты.

Он, наконец, понял смысл ее нелепых фраз. Пока на нем рабский ошейник, Терри его просто не видит. То есть различает внешнюю оболочку, кожу, черты лица, волосы, но как человека, как личность не воспринимает. Лицо Марка расплывается перед ее глазами мутным пятном. Он не существует. Его личность заменена куском пластика, шунтом и чипом. Подлинный Марк вот-вот появится, и Терри с нетерпением этого ждет.

* * *

– Привет, старина, как ты себя чувствуешь? – спросил Гораций, заходя в госпитальный блок.

Флакк лежал на кровати, на ноге – манжета с регенерирующим раствором. Если бы не манжета, то можно было сказать, что трибун выглядит вполне сносно.

– Дерьмово, разумеется. Но скоро мне станет легче.

– Парень что-нибудь помнит? Или пока неизвестно?

Флакк рассмеялся и покачал головой:

– Зачем тебе нужно это знать? Возвращение Корвина держится в тайне. Потерпи немного, и мы все выясним.

– Наварх Корнелий интересуется.

Флакк рывком сел на кровати:

– Ему докладывали? Ты связывался с ним после выхода моего челнока из нуль-портала?

– Наварх здесь, на корабле.

– Что? – Флакк опешил. – Наварх Корнелий на линкоре?

– Именно. Как только твой челнок ушел в нуль-портал и отправился на Колесницу, на мой линкор прибыл наварх и заявил, что будет лично участвовать в освобождении молодого Корвина.

– Орк! – взревел трибун. Всегдашняя сдержанность ему изменила. – Но ты же знаешь, что Корнелии были под подозрением после убийства отца Марка.

– Все знаю. Но я не мог не допустить наварха на борт своего линкора.

Флакк задумался.

– Он прибыл один?

– Разумеется, нет. С ним трое телохранителей, личный медик, два офицера.

– Ты на моей стороне, капитан?

– Ты же знаешь: Горации не лезут в вашу борьбу с Корнелиями. Мы всегда соблюдаем нейтралитет. Одно могу сказать: не думаю, что наварх станет отдавать приказы официально.

– Где он сейчас?

– В своей каюте.

– А Марк?

– Здесь, в госпитале. Ему вот-вот снимут ошейник.

– Послушай, Гораций… – Флакк понизил голос. Доверительный тон у него, правда, не получился. У него никогда не получался доверительный тон. – Этот парнишка – моя последняя надежда. Только он может узнать, что произошло на Психее, кто убил Эмми. Я два года потратил, чтобы достать этого парня. И теперь ты отдашь его Корнелию?

Гораций явно нервничал.