Сыщик

Ба! Так это же баронская машина.»Инспектор» оказывается еще и угонщик!

– Вы забрали машину барона? – спросил Марк.

– Уж если у меня его браслет, то должна быть и машина. Логично?

– Машину вы взяли раньше.

– Не имеет значения. Садитесь, – приказал незнакомец. Марк, и Люс безропотно подчинились, усевшись рядышком на заднее сиденье. – Молчать, что бы ни случилось. И это накиньте! – Незнакомец протянул обоим рабам светло-серые куртки из плотного нетканого материала. Он понимал, что от такого переодевания мало толку: куртка с капюшоном скроет ошейник от посторонних глаз, но первый попавшийся жандарм может потребовать откинуть капюшон и расстегнуть ворот.

Особенно когда увидит низко опущенные головы и характерно вздернутые плечи – осанка мгновенно выдаст невольников.

– Граница открыта! – передал “инспектор” команду через комбраслет.

Взвыли нагнетатели, и машина понеслась напрямик над полями. Справа за овощехранилищем Марк заметил силуэты всадников. Репетируют… Но разглядеть как следует ничего не сумел: минута, и они миновали границы усадьбы.

Машина поднялась, преодолевая кустарник, высаженный вдоль магистрали. “Тайфун” развернулся и помчался над дорогой. Скорость сразу возросла. Между активирующим полотном и днищем машины посверкивала синяя полоса.

– Кто ты? – спросил Марк, впрочем, он был не уверен, что незнакомец ему ответит.

Но тот ответил:

– Военный трибун Флакк.

Трибун?

– А трибун, это какому чину соответствует? – робко подал голос Люс.

– Чину полковника.

Откуда он? Неужели из Старой гвардии императора? О гвардейцах рассказывали удивительные вещи. Будто бы они могут появиться в любой точке Колесницы и исполнить волю императора. Только какое дело Старой гвардии до двух рабов барона Фейра? Император и гвардия заняты вопросами куда более значительными.

Навстречу беглецам попадались машины на магнитной подушке: ползли возле самого полотна окутанные синими разрядами тяжелые грузовики, над ними стайками скользили легкие скутеры. На человека в одежде торговца-южанина и двух его спутников никто не обращал внимания.

Трибун сделал пару глотков из фляги и передал ее Марку. Тот хлебнул. Оказалось – довольно терпкий и хмельной напиток. К тому же питательный: чувство голода тут же пропало. А ведь с утра, кроме початка маисоли, Марк ничего не ел.

– Куда мы едем? – спросил Марк.

– В пустынный сектор, – ответил трибун. – То есть на перевал.

Он глянул на голограмму компа, управляющего машиной.