Мечта империи

 – Он нарушает мои права!

Все вновь захохотали.

– Вер, а ведь мы с тобой схожи, – неожиданно заявила Клеопатра, поворачиваясь к гладиатору. – Оба исполняем чужие желания. Мы с тобой – главные люди в Риме после императора.

– Клянусь Геркулесом, я знаю ее желание! – воскликнул возничий. – Клепе хочется замуж. Так ведь? Я угадал?

Клеопатра уперла руки в бока и показала насмешнику язык.

– Да, хочу, клянусь святой Венерой! Но не за пьянчужку или безларника [40 - Безларник – человек без Ларов, то есть бездомный.

] вроде тебя. А за сенатора. Вот вам, ясно?

– Такое желание не исполнит даже Вер! – выкрикнул репортер и тут же спрятался за спину возничего.

– Отчего же. Вероятность один к двадцати, – прикинул гладиатор. – Сенатор – дряхлый старичок лет под восемьдесят, который самостоятельно не может надеть кальцеи. Случаю надо лишь организовать встречу будущей парочке. Клепа, ты будешь подавать сиятельному мужу серебряный урильник в постель.

– Засунь свой язык в анус! – Клеопатра обвела присутствующих черными сверкающими глазами.

 – К чему мне старик?! Я получу молодого и красивого. Вот Элий, к примеру, собирается жениться на Марции, а чем я хуже?!

– Клепа хочет выйти замуж за Элия! – закричал возничий.

– Зачем тебе Элий? – вмешался в разговор темноволосый парень в одежде фокусника. – Он самый бедный из всех шестисот сенаторов.

– Где ты нашел бедных сенаторов? – возразила Клепа. – У сенатора должно быть не меньше миллиона, или ты забыл?

– Миллион – это не так и много. Особенно для тебя, Клепа.

«Акта диурна» недавно публиковала цензорский список доходов и оценку имущества сенаторов. Так вот Элий – на последнем месте, – не уступал фокусник.

– Все это фальшь, Кир! – уверенно заявил возничий. – Будучи гладиатором, Элий должен был заработать бешеные деньги.

– Он все отдал в фонд Либерты.

– Очередные выдумки вестников! – не унимался возничий.

– Редьку тебе в зад, тупица! Вер, скажи, ты же знаешь, – потребовала Клепа.

– Я не доказываю клеветнику, что он клевещет.

 – Вер улыбнулся, глядя возничему в глаза. – Я его просто убиваю… – Возничий поперхнулся и на всякий случай отодвинулся подальше от Вера. – Элий, имя которого я произношу с уважением, действительно отдал свои премиальные в фонд Либерты.

– Все гладиаторы – убийцы, – напомнил возничий. – Даже Элий.

– Но он не виновен, – вступилась за своего любимца Клепа. – Иначе не сидеть ему в сенате. Цензоры за этим следят строго.

– Я не верю цензорам, – упрямился возничий.