Такси счастья

В общем, как говорил Марк Аврелий: «Всюду, где можно жить, можно жить хорошо».

А комната в Южном Бутове тоже может показаться номером в отеле «Ритц». При определенных обстоятельствах.

Итак, Саша сутки отмывала этот свинарник, вторые уговаривала себя, что здесь вполне можно жить, а на третьи…

Вечером, после дня беготни по разным конторам в поисках работы, она по-пластунски доползла до своей окраины и опрокинулась даже не в сон, а в глубокий обморок, из которого ее вдруг извлекли самым неприятным образом.

Она проснулась и ойкнула: над нею склонились две пьяные рожи. Одна рожа открыла рот и, икнув, спросила вторую:

– Толян, хто это?

– Баба! – ответила вторая рожа.

– Откуда взялась? Может, у нас белая горячка? – взволновалась первая.

– Вроде нет, – засомневалась вторая.

Саше и на белую горячку кивнуть не удалось – трезвая, как стеклышко, однако же вот очевидно: на ее территории два чужих парня.

«Убьют! В лучшем случае – изнасилуют», – пронеслось где-то на задворках Сашиного сознания.

– Ты откуда взялась? – спросил обладатель одной из рож, прыщавый парень в трениках.

Саша пролепетала что-то про аренду на ближайший месяц, хозяйку Нину и сволочь риелторшу.

– Нинка, сука, жиличку привела! – озарило прыщавого.

– А ты че, согласен? – поинтересовался второй парень, коренастый и богато татуированный.

Прыщавый изрядно озадачился вопросом и вдруг взревел:

– А меня не спросили!

Саша сползла с кровати и выдала очередную порцию жалкого лепета, мол, я здесь ни при чем, сама жертва обстоятельств.

– Нинка – это его сестра, – пояснил татуированный. – Квартира им обоим принадлежит, а эта сука, вишь, распоряжается его собственностью, не спросившись!

Прыщавый рубанул в воздухе рукой.

– Да! В натуре! Не спросившись!

«Если выживу, убью эту Нинку и сволочь риелторшу», – подумала Саша. А вслух сказала, что ей очень жаль, что все так вышло, но злого умысла с ее стороны не было, и ни на чью жилплощадь я не покушаюсь.

– Сколько с тебя Нинка взяла? – полюбопытствовал обладатель квартиры.

Полученный ответ вызвал у него новый приступ гнева. Он разразился нецензурными проклятиями в адрес подлой Нинки.

– А тебе че, жить негде? – сочувственно спросил Сашу татуированный друг.

Она кивнула, едва не плача.

– Ну, так оставайся! – великодушно разрешил хозяин. – Я вижу, ты тут прибралась.