Колдун из Темногорска

Однако этот жест с бумажником Юла насторожил.

– Там много? – Юлу хотелось вернуть бумажник, но он не знал, как это сделать.

– Там еще три сотни. На непредвиденные расходы. Совсем непредвиденные. Ну, счастливо! – отец похлопал сына по плечу и зашагал к выходу из парка пружинистым, мальчишеским шагом.

«Все неправда, он притворяется, – подумал Юл. – Как всегда».

Мать каждый день повторяла, что отец притворщик, каких поискать. Юл от этих упреков всякий раз приходил в ярость. И вот теперь сам обозвал отца притворщиком.

«Почему я его не догоняю? – обратился Юл сам к себе. – Ведь я должен его догнать. Должен».

Но он стоял, не двигаясь, и смотрел, как отец уходит.

– Папаша твой обожаемый час назад заглянул, – сообщила мать, едва Юл отворил дверь. – Приволок жратвы на целый полк. На твой день рождения забыл прийти, а тут явился, не запылился.

Вид у матери обычный – старый свитер и тренировочные брюки, почти полностью седые волосы неопрятными прядями свисают на плечи.

Эти растрепанные волосы и грязный свитер, под которым не надето бюстгальтера, как всегда, вызвали прилив раздражения, с которым невозможно справиться.

– Ты всегда ворчишь, не надоело? – Он скинул куртку и сразу же отправился на кухню. В раковине полно грязной посуды. Зато сегодня холодильник, против обычного, набит всякой всячиной. Не спросив разрешения, Юл вытащил ветчину, сыр и свежие огурцы. Ну, наконец-то можно устроить пир, а не довольствоваться жареной картошкой!

– Он искал тебя, – сказала мать.

– Я его видел, – буркнул Юл с набитым ртом.

– Что он сказал? Я же сказала: тоньше режь ветчину!

– На счет уроков – ничего.

– Ну конечно, этим я должна заниматься! Недаром ты всякий раз заявляешь, что любишь его больше меня.

– Разумеется, – подтвердил Юл, наслаждаясь собственной жестокостью.

– Какой же ты… Ну, конечно, вы оба как дети: игрушки, развлечения, кино, музыка. А я вкалывай с утра до вечера! О, Господи! Как мне все это надоело! О чем же вы говорили?

– Да так, немного поболтали о том, о сем. Он сказал, что скоро… – Юл едва не ляпнул «скоро умрет», но в последний момент сдержался.

Ветчина потеряла всякий вкус. Но ведь отец именно так и сказал. Почему-то там, в парке, Юл не захотел этого понять. Теперь, наконец, дошло.