Таежное смятение чувств. III. Полет

 – Это моя жена Марьям! А это, – подтолкнул Машу бесцеремонно вперед племянник профессора, приложившись ладонью ей прямо по упругому заду, – это тот самый ученый, которого нам прислал мой чудаковатый дядюшка.

Скосив на веселящегося балагура негодующий взгляд, Машенька спокойно и ровно произнесла:

– Мария. Мы, считай, тезки. Приятно познакомиться!

– Взаимно, – ответила ей тихо жена Сержа. – А вы так молоды для ученого! Не думала я, что вы так молоды…

– Я еще только начинающий ученый!

– Проходите в дом.

Все это время Маша чувствовала себя крайне неуютно и неловко. Ей было стыдно за хамское поведение Сергея и за то, что сама оставила его наглость без должного внимания. А Марьям, которая все видела, казалось и вовсе не обратила на это внимания, пропустила мимо своего сознания.

– Ты чувствуй себя, как дома… не стесняйся… – остановилась Марьям у двери небольшой комнаты.

Как и ее муж, жена Сержа упорно не желала общаться на «вы». Наверное, это шло от их воспитания.

Вернулись хозяева дома. Дядя Марьям, Аслан, оказался живым и общительным человеком. Он радостно обнял гостью, словно они давно были близкими друзьями и только пребывали в долгой разлуке. За Асланом стояли и переминались его взрослые сыновья Ильяс и Алан, беззастенчиво пожирали гостью глазами.

– Я приглашаю всех на ужин! – улыбнулся Аслан.

Через двадцать минут они расположились на мягких плетеных шезлонгах вокруг большой кованой жаровни.

Хозяин дома мастерски жарил приготовленные им самим же по его собственному рецепту большие куски мяса.

– Правда, красиво? – шепнул гостье на ухо Сергей.

Действительно, Маша была буквально поражена красотой этого места. Каменную террасу за домом искусно украсили цветущими и чудно пахнущими клумбами и небольшими фонтанчиками.

Журчащая в них вода брала начало в небольшом горном ручье, протекающем вдоль дороги. Собираясь у забора, вода с шумом низвергалась с высокого обрыва, где-то сразу за оградой.

Рукотворный водопад во время падения разбивался на мелкую водянистую пыль, которую подхватывал ветер и любовно кружил над пропастью, заботливо лелея и нежно лаская.

Иногда и вся терраса из-за сильных порывов ветра орошалась водным туманом, и всех присутствующих обдавало холодком.

Впереди возвышалась высоченная гора, гордо увенчанная белой шапкой из самого настоящего снега.