Пир во время чумы

Оно, понятное дельце, создает определенные трудности. Но, с другой стороны, оно и открывает неограниченные возможности.

– И какие же? Может, поделитесь со мной своими соображениями, Алексей Петрович? – Сана кокетливо стрельнула глазками.

А что ей еще оставалось делать, если в ее бедовую головушку не приходило ни одной умной мыслишки, кроме одной-единственной…

– А ты, капитан, прояви-ка свою находчивость, найди творческий подход к этому делу, – Ковальчук хитровато прищурился.

Его безошибочный нюх прожженного ловеласа подсказывал ему, что одна милая девушка находится в растерянности и готова пойти на многое, лишь бы выпутаться из создавшейся ситуации, выйти из нее с честью, пусть даже и путем потери ее определенной части.

– Ты же, Ксана, у нас такая умничка! – мягко гладя свою очередную жертву по шерстке, он слегка подсластил полученную капитаном горькую пилюлю. – Назло всем вывернись, яви свои таланты…

В проникновенно-отеческом тоне подполковника явно слышалось, что чаяния Оксаны небезосновательны и зыблются не на одном песочке.

– Что-то, Алексей Петрович, у меня в настоящий момент с этими вопросами туговато, – посетовала Сана в надежде на то, что, может, ей что-то и подскажут, на порядок ускорят ее мыслительный процесс.

– Ксана, ты от чашечки кофе не откажешься?

Заманчивое предложение подполковника явно что-то за собой таило, и она, не раздумывая, с ходу проглотила брошенную ей наживку:

– Я не откажусь, ежели вы, Алексей Петрович, вкратце набросаете мне всю мою дальнейшую перспективу… в целом и в частностях…

– А как ты думаешь, девушка, – снисходительная и торжествующая улыбка засветилась и тут же подавленная погасла на мужских губах, – зачем я тебя за столик приглашаю?

– Так я это… не против… я это… с удовольствием…

Сверх всех его ожиданий легко заручившись согласием, Ковальчук подхватил Оксану под ручку, резко свернул в сторону.

– Заходи, Ксана. Проходи, девушка, гостем будешь…

В темноватой забегаловке капитан Полищук еще никогда не была, и она с интересом оглядывалась по сторонам. Будто бы они, как в сказке, очутились в другом времени, попали в другое измерение.

Пользуясь моментом, Ковальчук почти неприкрыто разглядывал сидевшую перед ним девушку.