Пир во время чумы

И вспомнить то, как оно бывает, когда тебя настоящий мужик тискает. И на одно мгновение бабой себя почувствовать…

– Ну и как оно? Вспомнила? – мужчина хищно прищурился и весь вытянулся в ожидании ответа.

– Вспомнила, Алексей Петрович, – просто ответила она и прямо посмотрела на него, убрав со своих глаз все защитные пленки.

– И как? – по одной лишь инерции спросил мужик, хотя все уже прекрасно вычитал в ее благодарном взоре.

– Сойдет для неизбалованных. Вполне на уровне…

– Ну, спасибо тебе на добром слове…

Их потеплевшие взгляды снова встретились, и вдруг открывшееся ему сильно потрясло его, приведя в полное изумление:

– Знаешь, Ксана, а я только сейчас разобрал твои глаза.

Я не видел еще их такими! Какие они у тебя!.. – зам замолк на полуслове.

Не стал он уточнять, что они потрясные! Огромные и бездонные, зовущие и волнующие. Искренние и теплые…

– И какие же они? – несколько скептически хмыкнула Оксана, хотя не раз уже слышала от других о магической силе своих глаз, да пользы ей от этого пока никакой не капнуло, одни пустые слова.

– В них запросто можно утонуть…

Если, осталось за скобками, ненароком перейти опасную черту.

– Ох, и сведешь же ты как-нибудь кого-нибудь ими с ума.

По крайней мере, кажется, с ним это уже приключилось.

– Ни к чему мне, Алексей Петрович, сводить кого-то с ума. Убейте, не знаю, что с ними случилось, – она смущенно улыбнулась и снова по-особому посмотрела на него. – Вы, наверное, так действуете на меня.

– Так это я, выходит, растопил в них лед?!

Неслышно ступая, Ковальчук подошел к ней, взял ее лицо в свои ладони, и девушка закрыла глаза, потянулась к нему губами…

Неожиданный их поцелуй затянулся.

Ее руки обвились вокруг его шеи. Еще чуть-чуть, еще немного захотелось продлить ощущение того, что она до сих пор еще остро переживала внутри себя. И совсем уж неожиданно вырвалось нечто похожее на признание:

– Да-да, Алексей Петрович, именно вы. Рядом с вами я теряюсь, перестаю быть сама собой и уже не знаю, как вести себя.

Опасный вы человек. Я уже жалею о том, что согласилась пойти с вами. Или вы хотите, чтобы я именно вас и свела бы с ума? Хотите? А как же нам быть с вашей женой, со всем этим? После развода, как я понимаю, все это: хата, обстановка и прочее вряд ли останется вам.

Поражаясь ее неженской проницательности, он тяжело вздохнул:

– Уж точно. Ладно, Ксана, шутки в сторону. Я тебе говорил, и на самом деле есть у меня в той дивизии знакомый человечек.