Девчонки, погоны. Книга IV. Сквозь тернии и боль

Я с нею один на один тет-а-тет переговорю…

Наморщив лоб, Макс безуспешно пытался сообразить, кого из ближних или дальних родственниц его жены угораздило по малолетней дурости записаться в их армейскую среду.

– Абитуриентка Кристина Костенко по вашему вызову явилась! – отрапортовали столь знакомым ему голосом, что он даже удивленно моргнул, не поверил сразу своему слуху.

Перед ним стояла высокая девица в камуфляжной форме, что скрывала особенности девичьей фигурки, в кепке, низко натянутой на глаза, в больших солнцезащитных очках.

– Будьте так добры, – попросил подполковник вежливо, – абитуриент Костенко, снимите ваши очки!

– Слушаюсь! – избавилась юная девчонка одним неуловимым движением руки от стоивших за сотню баксов очков.

– Ты? – привстал Шпак от неожиданности. – Малыш? – ущипнул невольно подполковник себя за ногу от растерянности.

Перед ним стояла та самая таинственная незнакомка, с которой он познакомился полгода назад на подземной парковке. С тех пор они несколько раз встречались, кстати, всякий раз при странном, по мнению Макса, стечении обстоятельств.

2

После завтрака Леся подвела Костенко к сестренкам:

– Девчонки мои, это Кристина. Она будет жить и учиться вместе с вами. Если кто-то хоть пальцем ее тронет, разрешаю бить, но в пределах разумного. Чтоб ни волоска с ее головы не упало! Вас стало не трое, а четверо! Вопросы есть ко мне?

– У матросов нет вопросов! – ответили близняшки, у которых имелись взрослые разряды по боксу.

– Меня-то за что? – отступила Сашенька на два шага назад. – Мы так не договаривались…

– Я вам сейчас отделаю! – сделала Леся страшные глаза. – Ни в чем неповинную девчонку до слез перепугали!

– Мы пошутили, сестрица! – прыснули лисички-близняшки. – Мы все поняли! Задача ясна!

Удовлетворенно кивая, Штерн полушепотом сообщила:

– Ровно через полчаса у вас, мои дражайшие сестрички, будет психологическое тестирование, а после обеда вы готовьтесь к сдаче физической подготовки.

Стоявшая всего в двух шагах, Саша поняла, что их полку прибыло, вернее, в их группе добавилось блатных. Себя к особо приближенным лицам причислить она никак не могла. Со своими двумя парами трусов на смену в их число она не попадала.