Девчонки, погоны. Книга II. Откровение любви

Не надо же все брать на себя! Поделись грузом с ротной, а та, конечно же, не потянет его веса сама и побежит к комбату. Леся Павловна подойдет ко мне, и мы все решим. Это же элементарно просто! Как дважды два! Ну…

Лена подняла на начальство красивого разреза глаза, в которых мерцала волнующаяся тревога, едва слышно прошептала:

– Я боялась, Максим Петрович, что вы не отпустите Полину, а у нее дома одни большие проблемы!

– Проблемы, Леночка, – покачал неодобрительно своей головой и тяжело вздохнул Шпак, – теперь у тебя и у нас.

– Так точно! Что я должна делать? – приняла мгновенно строевую стойку Павлова, приподняла свой подбородок.

Глядя на нее, подполковник прищурил левый глаз, приказал:

– Берешь, Леночка, у Леси Павловны бланк командировочного предписания и выписываешь себе командировку туда, куда уехала наш курсант. Берешь на нее бланк отпускного билета и выпишешь его Маховой на месте. Отпуск мы ей по семейным обстоятельствам оформим задним числом, чтобы придать как-то законность всем нашим действиям.

– Спасибо, Максим Петрович! – выдохнула облегченно Леночка и обрадованно улыбнулась.

– Беги, собирайся…

Кошмар на улице Вязов продолжался. Вынесли учебные столы, и самовольщицы бегло описывали свои злоключения, строчили объяснительные записки, под давлением своих ротных и взводных командиров сами писали рапорта на отчисление, мотивируя свое решение тем самым, что по своим морально-деловым качествам они недостойны далее продолжать обучение в военном институте.

К Шпаку подошла и обратилась курсант Задорожная:

– Максим Петрович, внесите меня в ваш список вместо одной из этих малахольных дурочек и взамен для комплекта отчислите меня. Я не хочу тут больше у вас учиться!

Нельзя сказать, что подполковник сильно опешил, но был очень озадачен, так как считал Настю одной из лучших курсантов.

Он не сразу ответил, думал, с чего же ему начать:

– Ты меня, Анастасия Максимовна, ну, просто сразила наповал. Ты можешь толком пояснить мне свое решение?

– Мне с детства претила всякая заорганизованность, – ответила Настя, не задумываясь. – Я не могу ходить строем на все приемы пищи, начинать кушать по команде, засыпать и просыпаться по свистку. Я иногда хочу посидеть в тишине, за чашечкой кофе в тихом кафе порыться в своем планшете.