Иллюзия Вечности

В чем здесь причина, хотелось бы знать? И правда ли, что ситуация держится под контролем?

– Всё верно. Ситуация под полным контролем и всё, что от вас требуется – это вести себя в рамках установившегося порядка, – показалось, что лейтенанта не смутило бы даже если бы Сашка между делом продемонстрировал ему свой голый зад. Без эмоций он чеканил слова, стоя навытяжку.

– Тогда ответьте мне вот на какой вопрос: почему по улицам разъезжают военные машины и собирают мертвецов по всему городу?

– А меня волнует: для чего вы забираете неизвестно куда больных и не даете им самим решать, что делать – сдохнуть или лечиться? – я тоже подключился к атаке.

Лейтенант не отвел взгляда: – Я не отвечаю на такие вопросы. Всё о происходящем вы можете получить из средств массовой информации. Мы не уполномочены комментировать сложившуюся ситуацию, – он невозмутимо посмотрел на моего друга. – Теперь можете идти своей дорогой. Честь имею, – военный кивнул и развернулся.

– Секундочку… У меня ещё один вопрос, уважаемый, – Сашка подскочил и хлопнул по спине офицера.

– Нет! – лейтенант повернулся с перекошенным лицом. – Валите отсюда пока…

Тут как нарочно из-за угла выскочил зелёный грузовик и, сигналя, понёсся прямо на нас, стоявших посреди дороги. Я инстинктивно отскочил назад, но Сашка… Он, пользуясь замешательством военного, рванул вперёд и побежал к патрулю.

На мгновение пока, проносящийся мимо грузовик, закрыл обзор, я потерял из виду друга. Когда же машина проехала, я увидел, что лейтенант галопом помчался вдогонку за Сашей.

– Стоять! Стреляю, – командир выхватил из кобуры пистолет и наставил его на Сашину спину.

– Сашка, стой! – я завопил на всю улицу.

Мой друг, не добежав пары метров до ребят в военной форме, затормозил и, споткнувшись, упал. Затем медленно поднялся, держа руки над головой. Я помчался к нему, обогнав медленно шагающего лейтенанта, и повис на его плечах.

– Мы уходим. Уходим, – пытаясь успокоить взбешенного командира, я закивал ему в лицо и стал подталкивать перепуганного Сашку к другой стороне улицы.

И хоть взгляд мой приковал к себе пистолет, я обратил внимание на лица молодых солдат, молча рассматривающих нас. В их лицах не было осуждения и тем более агрессии. Подумалось, что, в сущности, они просто заложники обстоятельств.