Десант местного значения

Но пилоты к тому моменту уже не могли встать, измученные и замерзшие, они только слабо шевелились в кузове, бессильно пытаясь распрямить скрюченные и застывшие от холода конечности. В конце концов разозленные конвоиры просто откинули задний борт и пинками и прикладами спихнули сбившихся в бесформенный клубок американцев на землю. Прямо под ноги подошедшему офицеру.

– Ну-ну, и кто на этот раз почтил своим прибытием наше скромное заведение? – на почти безупречном английском поинтересовался он.

Но измученные пилоты даже не смогли разговаривать, только Маккейн из врожденного упрямства попытался выдавить из себя что-то вроде «пошел ты к черту», но из замерзшего горла вырвался лишь какой-то бессвязный хрип.

– Опять невежливые гости попались. Но у вас будет время поговорить со мной, – с коротким смешком произнес офицер и уже на русском, обратившись к старшему из конвоиров, коротко бросил:

– Все документы на пленных – мне, этих к врачу в медпункт, пусть осмотрит.

И опять повернувшись к пленным, равнодушно произнес, снова на английском:

– Не надейтесь сдохнуть, янки.

Здесь можно умереть только с моего разрешения.

Через час все трое, уже на своих ногах, входили в мрачное длинное здание, изнутри освещаемое лишь несколькими узенькими зарешеченными оконцами. Оказавшись внутри, Джон испытал настоящий шок! Внутри барак казался еще длиннее, дальней стены вообще не было видно, из-за висевшего в бараке густого тумана, состоявшего из пара и человеческих миазмов. Густая какофония запахов мочи и немытых тел ударила по обонянию Джона, как дубинка по голове.

Но больше всего Джон был потрясен не этим. В бараке тесно стояли двухъярусные ряды нар. Даже на первый взгляд их было больше полусотни. И практически все они были заняты! На всех сидели или лежали люди, и на них была пусть грязная, пусть оборванная, но американская военная форма. Джон ошалело потряс головой: откуда у русских столько пленных?! Рядом раздался надрывистый кашель, а потом изумленный хриплый голос пилота «Виджилента», с которым они только что мерзли в кузове грузовика:

– Разгрызи меня черт, до этой секунды я думал, что мы побеждаем в этой сраной войне.

Глава 2

Мертвые сраму не имут

02 ноября, местное время 07:50. Камчатка. В небе над южной частью Авачинского залива

Капитан Лысюра, как самый старший из оставшихся пилотов, готовил 865-й истребительный авиационный полк в последний бой. Точнее сказать, то, что осталось от полка, десяток разношерстных самолетов.