Командор Кощей. Книга первая

Не церемонясь, они схаркивали себе прямо под ноги, постоянно одаривая друг другу колкостями, а то и кулаками под ребра, время от времени доставали из-под стола замызганные серые бутыли с ручками и жадно прикладывались к их горлышкам.

– Визирь! Барон! Змей! Таракан! – вопили разбойники то и дело, смеясь и грохая по столу жестяной кружкой.

– Чёрный Глаз собрал много клыков, но за Злым Котом ему не угнаться! – неожиданно воскликнул Злой Кот

– А это мы ещё поглядим, – тяжелым басом парировал Чёрный Глаз, припечатав одной рукой банкой по столу, а другой – по широкой спине Злого Кота, пока ещё добродушно припечатав.

– Опять король, волк и… ух ты! Змей Горыныч! – ещё раз позавидовал кто-то из братков.

Все загудели, как недавно проснувшийся улей: кто досадливо крякает, кто что-то непонятное бормочет, кто усмехается, кто присвистывает.

Однако физиономия Злого Кота вдруг аж вытянулась от удивления:

– Как змей?! Опять Змей Гор… рррыныч! – рыжеусый даже перешел на самый настоящий рык.

В злобе Злой Кот смахнул выпавшие кости со стола. И тут же одноглазый шельмец резко ухватил Кота за шиворот, рывком приподнял над столом и с силой ткнул его, как далёком будущем говорили потомки, фейсом об тэйбл.

– Говнюк! – кричит, брызгая во все стороны слюнями. – Ты на кого рыпаешься, шелудивая зверюга! Да я тебя!.. Я тебе!!! – в ярости Чёрный Глаз прямо-таки собственной слюной захлебнулся.

Несколько секунд морда Злого Кота оставалась припечатанной к столу, а братки вокруг заливались диким хохотом и пускали слезу от натуги. Потом Кот вдруг ка-ак вскинется и, вырвавшись из могучих лап одноглазого, ка-ак отвалит ему увесистую затрещину. Хохот ещё пуще стал. Чёрный Глаз и Злой Кот сцепились, устроили драку с погромом, опрокинули стол-гриб, побили опустевшие бутылки. Однако длилась драка недолго.

Из клубов табачного дыма внезапно вынырнул разозленный кабатчик – полуголый геркулес с бычьими кулаками и такой же квадратной мордой (такому и секьюрити-то не нужны).

– Пусти, начальник, ей богу не буду больше! – в один голос завопили драчуны.

А братки знай себе заливаются. Кабатчик злобно мычит что-то нечленораздельное – по-видимому, он вообще немой.