Собиратель сердец

Он в приказном тоне велел им остаться и затем в такой же манере обратился к Маркусу, чтобы тот присмотрел за стариком.

– В чем дело? – вышел из патрульной машины водитель. – Мы уже и так кучу времени здесь торчим! Вы не наше начальство!

– Если ты сейчас уедешь, твоим начальством станет продавец магазина, у которого ты будешь работать охранником! – крикнул Ник ему в лицо.

Патрульный опешил.

– Джеймс и вы все – за мной! – скомандовал Ник.

Они пошли по грунтовой дороге за Ником. Дойдя примерно до середины поля, Ник сказал:

– Вы двое, начинайте идти по диагонали влево, вы вправо.

Желающих возразить Нику не нашлось.

Джеймс шел чуть левее Ника, продираясь сквозь заросли кукурузы. Светила полная луна, однако пространство ниже половины туловища тонуло во мраке, из-за чего Джемсу, чтобы ничего не пропустить, пришлось включить фонарик на телефоне.

Ник шел быстро. Он раздвигал перед собой кукурузу и внимательно смотрел вниз. Его глаза хорошо привыкали к темноте, как и он сам.

Внезапно под его ногой раздался металлический лязг.

– Стой! – скомандовал Ник.

Джеймс остановился и тихо спросил:

– Что там?

– Подожди! – Он нагнулся.

Джеймс, подойдя к нему, посветил телефоном и увидел в руках напарника кусок металлической проволоки.

– Идем дальше, – скомандовал Ник.

Через несколько метров стебли кукурузы были слегка замяты. Среди них просматривались непонятные очертания чего-то. Пройдя чуть вперед, Ник оказался на вытоптанной кем-то небольшой полянке, где кусты были прижаты к земле.

– О боже! – произнес Джеймс и, согнувшись, резко развернулся. Содержимое его желудка, а именно сухпайка, который он ел последним, вылилось наружу, опрыскав покачивающуюся от ветра кукурузу. Ник протер руками лицо. Он хотел, чтобы это все было сном. Он очень хотел проснуться за столом, на кухне Смита. Чтобы все это было пьяным вымыслом его мозга.

Сказка заканчивается в двенадцать.

Карета превращается в тыкву.

Ник смотрел на произведение неизвестного автора, которым, как сказал старик, был сам дьявол.

По центру полянки стояли два столба. На них висели дети. Тела были обмотаны колючей проволокой, поддерживающей их на весу, головы – запрокинуты, детские пижамы окрасились в багровые тона.