Серебро желаний

Вот заветное лето наступило, и он теперь готовился исполнить давнюю мечту – из сына деревенского кузнеца стать королевским гвардейцем. Именно так он хотел «стать настоящим».

Однако Танию подобные вещи вовсе не заботили. Она хоть и требовала от мира чего-то большего, чем предначертала ей судьба, но это «большее» понимала совсем иначе. Уж точно ей не нужно было искать никаких «женихов получше». Такую вещь, как «общественное положение», ради которого иные люди идут на немыслимые жертвы, она считала вершиной человеческой глупости.

Она даже не презирала это понятие, а просто его игнорировала. А Йед так и не мог взять в толк: чего ей тогда не хватает на самом деле? Но Тания, похоже, и сама этого не понимала… Порою казалось, что она одновременно хочет противоположных вещей.

У подножия склона стояла обомшелая статуя Шамины – предостережение и оберег для путников, начинающих небезопасный подъём к Пещерам. Смотрелась она довольно безыскусно. Неизвестный ваятель высек её в столбе, из которого мало что выдавалось.

Бугром выпирали ладони, распростертые подобно блюду. На них полагалось класть мелкое пожертвование – дабы снискать небесного благословения на коварных кручах горных троп.

Каменная одежда походила на скромный балахон, сродни одеянию монахини. Широкие рукава, выщербленные песком и ветрами, свисали до самых ступней, а голову обтягивал капюшон. Лица время не пощадило, но по ободу капюшона, как и на рукавах, сохранились вырезы по форме четырехлучевых звёзд – священного знака Богини.

Тания с интересом оглядела статую, хотя видела её тут далеко не впервые.

– Как считаешь, попади ты в эту свою королевскую гвардию, доведётся тебе увидеть её? Настоящую? О, да я бы тогда оделась в мужское платье и сама вместо тебя гвардейские испытания прошла!

У Йеда внутри что-то предательски дрогнуло. Не столько из-за дерзких повадок сестры, давно привычных, а потому, что выходка с переодеванием в её копилке уже имелась.

Но виду он не подал, и лишь невозмутимо ответил:

– Даже королям не дозволено испрашивать аудиенции Богини. Она решает сама, когда и кому явиться, и бывало такое лишь в истории. А в обычное время волю Звёзд представляет Посланник Синода.

– Вот досада!.. Ну тогда уступаю гвардию старшему братику!

Тания коварно ухмыльнулась, а Йед неслышно выдохнул. Кажется, всё обернулась простой шуткой.

– Впрочем, как знать, – добавил он.