Сын моря, сын огня

Он склонил голову, и Ингвар поклонился в ответ. Мадальгрим с улыбкой оглядел гостя.

– Когда я видел тебя в последний раз, Ингвар, сын Арногата, ты был совсем ребёнком. Отрадно видеть, как ты возмужал.

– Норны беспрерывно плетут нити наших судеб, – ответил Ингвар. – Жаль, я не помню тебя в те годы.

– Это было давно. Я ещё не был конунгом.

– Зато мастерски играл на дудке! – раздался зычный голос. Мадальгрима передёрнуло. Он оглядел толпу, всматриваясь в лица, и остановился на одном – обрамлённом светлой бородой и волосами-щупальцами.

– Что, не узнаёшь меня, кельт-волынщик? – Альдарик шагнул вперёд и упёр руки в бока. – Или ты теперь германец? Я всё думал, что за конунг Мадальгрим такой? Клянусь шлюшьей девой, тебя я ждал увидеть меньше всего! Конунг равнины, ха! Не зря мы прозвали тебя сатиром, коварный ты лис!

Конунг Мадальгрим, чьи брови с каждым словом демона ползли всё выше, вдруг расцвёл улыбкой.

– Ах ты, старая собака! – воскликнул он.

Альдарик расхохотался и на глазах у всех стиснул конунга в объятиях так, что у того хрустнули кости.

– Говорил я, что наша встреча с Ингваром случилась по воле богов! – громыхал Альдарик. – Теперь убедился в этом сильнее.

– По воле богов, не иначе, – Мадальгрим ненадолго исчез в своих мыслях. Затем с улыбкой объявил: – Друзья, будьте гостями в моём чертоге.

Он повёл их к своему величественному дворцу, и Фалька затрепетал, желая поскорее увидеть чертог изнутри.

– А знаешь, кто это? Сын Вигги Туробоя!

Мадальгрим остановился и посмотрел на Фальку с тревогой. Подумав о чём-то, он кивнул.

– Славно. Если ты столь же храбр, как твой отец, нам очень повезло. Грядущее потребует от нас мужества, и не меньше того потребует мудрости.

Он указал на восток, за реку. Там, в нескольких местах над лесом к небу тянулся чёрный дым.

?

Главный зал чертога оказался настолько обширным, что за столами разместились все люди Ингвара, дружина Альдарика и множество жителей крепости – вместе больше сотни человек. Фалька набил живот ячменной кашей и, отвалившись от стола, глазел по сторонам. Стены украшали причудливые рисунки – с них на Фальку взирали боги. Прежде он не видел столь искусного мастерства. Рисунки были сложены из сотен маленьких разноцветных камешков.