Легенды Лазурной Юдоли. Принц Аглианта

На конях располагалась самая важная провизия, которой должно хватить на те шесть дней, что будет длиться экспедиция.

– Я уже в пятый или шестой раз отправляюсь сюда, – сказал другой парень на коне. – Герр Сёгмунд всегда находит причины, чтобы отправить меня в лес. Наверное, считает, что без меня тут совсем неинтересно.

Солон мог догадываться, что эту болтовню ему придётся слушать ещё долгое время – до самого конца пути. А потом, в худшем случае, и все шесть ночей, что предстоит обитать здесь. Он, конечно, старался не слушать никого, но уши сами все это принимали и отправляли прямо в мозг.

Его окружал десяток таких же ребят, незнакомых друг с другом. Все такие же на первый взгляд робкие, как и он сам. Но через часок-другой они перезнакомятся друг с другом и начнут общаться. А за последующие несколько дней многие так и останутся друзьями.

Солон, возможно, будет среди них. А возможно и нет. Как карта ляжет – на будущее загадывать не следует. У Солона не было огромного желания заводить сейчас лишних друзей, потому что и старых порядком хватало.

– Мы – истинные хранители леса, – сказал один из конных. – Сёгмунд любит нас, поэтому и отправляет сюда. Конечно, нам ни разу ни с кем не приходилось драться на этих местах. Но всё же мы позволяем академии спать спокойно и не волноваться за завтрашний день…

Можно подумать, что в случае опасности у них что-то получится. Половина разбежится, а половина с гордостью поляжет. Солон не знал, на какой стороне окажется он. Но не исключал того, что может оказаться среди первых.

– Много лет назад заставе действительно приходилось оборонять позиции. Сюда проникали и разбойники, желавшие наживиться на сокровищах академии. И нежить, бывало, заглядывала сюда. Говорят, с разбойниками было сложнее бороться, чем с нежитью. Несмотря на то, что нежити обычно больше было. Хотя и заставы тогда были не в пример нашим.

– Вот им тогда всерьёз доверяли, – сказал другой.

– И нам тоже доверяют, я уверен. Как можем, оправдаем их ожидания. До сих пор же оправдывали.

Троица весело засмеялась. Остальная десятка хоть и слышала их разговор, смеяться не стала. Никто даже не улыбнулся.

Спустя некоторое время трое слезли с коней и пошли дальше пешком. Их действия понятны – лес становился дальше всё гуще и гуще.