Алая Завеса. Наследие Меркольта

Но не успел, потому что преподаватель покинул кабинет со скоростью звука, громко хлопнув дверью.

Юлиан понимал, что вызов к ректору был всего лишь предлогом. Тейлор-старший что-то скрывал от Юлиана, и никто не мог понять, что именно и почему.

– Что с ним? – спросил у Юлиана Йохан.

– Его вызвали к ректору. Что здесь непонятного?

– Слегка неожиданно. Почему нельзя было сделать это после нашего занятия?

– Тебе настолько интересно, что ты не хочешь отрываться?

– По правде говоря, да. Тебе разве нет?

Конечно, Юлиану было интересно.

Недосказанность являлась плохой чертой – Юлиан знал об это даже в свои юные годы. Он и сам грешил временами этим, но только в случае крайней необходимости, а не направо и налево, как Лиам Тейлор.

– У меня полно других предметов, по которым дела у меня обстоят ещё хуже, – сказал Юлиан.

Он почувствовал лёгкий, едва различимый запах гари, исходивший непонятно откуда.

– Ты не чувствуешь запах? – спросил Юлиан у Йохана.

– Запах? – удивился Йохан. – О чём ты?

Юлиан обернулся в поисках источника, но визуально ничего не обнаружил. Он вскочил с парты и открыл входную дверь, но ситуация снаружи выглядела точно так же, как и внутри.

В этот момент он услышал оглушающий грохот позади себя, после чего невольно обернулся.

Это не походило на взрыв, потому что звучал бы он по-другому, но какая-то неведомая волна откинула Юлиана назад. Он непроизвольно ударился об стену.

С трудом поднявшись, Юлиан обнаружил, что кабинет охвачен огнём. Запах гари более не был иллюзорным – теперь он был самым что ни на есть настоящим.

Дым заполонил помещение, поэтому Юлиан был не в состоянии увидеть входную дверь.

Лиам Тейлор задерживался, поэтому помощи извне ожидать не приходилось.

Превозмогая последствия от удара головой, Юлиан сделал невероятное усилие для того, чтобы ровно встать на обе ноги. Опираясь на стену, он двинулся на ощупь к двери, надеясь приоткрыть её и позвать на помощь.

Однако, бешеное пламя на позволило ему, потому что раздалась новая ударная волна. На этот раз голова Юлиана осталась целой, но он обессилено рухнул на пол.