Алая Завеса. Наследие Меркольта

– Ты точно мне историю про себя рассказывал? По-моему, осенний Юлиан не был занудой и лентяем. Название хоть помнишь?

– «Откровения Меркольта», – не задумываясь, выдал Юлиан. – Автор – поляк. Дегорский, Дебровский… Что-то в этом духе.

Гарет кивнул, словно отмечая в этот момент название в записной книжке, находившейся внутри его головы.

– Возможно, я поискал бы, – усмехнулся он. – Особенно, если бы это действительно имело какой-то смысл.

–Я был бы очень благодарен, – ответил Юлиан.

Лицо Гарета приняло странный оттенок отвращения.

– Только не это, Юлиан, – сказал он. – Я не люблю всех этих сентиментальных штучек. То, во что ты меня вовлекаешь, прежде всего интересно именно мне. Много лет я жил скучной жизнью и завидовал таким, как ты. Разве не прекрасно, что мне посчастливилось стать полноправным участником расследования?

– Это пока ещё не расследование, – отмахнулся Юлиан. – Мы просто хотим удостовериться в том, что наши опасения были напрасными. Знаешь, я уже давно тоже хочу жить не своей жизнью, а другой.

– И всё это у тебя уже есть.

– Ровно неделю, – равнодушно проговорил Юлиан. – Меня не покидает ощущение, что с минуты на минуту всё это закончится, и мне снова станут угрожать смертью. Паршивое ощущение, Гарет.

В глазах Тейлора-младшего отчётливо читалось, что он совершенно не считает это паршивым ощущением. Юлиан же понимал, что желание пережить какие-либо приключения заканчивается ровно тогда, когда это самое приключение начинается.

– Прекрасное ощущение, – привёл контраргумент Гарет. – Авантюры, побеги, ежеминутное ощущение опасности!

– Если ты поможешь мне, Гарет, обещаю, что ни одно из моих приключений не обойдётся без тебя.

Улыбка Гарета оборвалась на ровном месте. Неизвестно, что он подумал – являются слова Юлиана сарказмом или истиной, но равнодушным не остался. В его глазах читался вызов.

– Тебе снова требуется моя помощь? – спросил он. – Все герои такие?

– Я не герой, Гарет, и хватит преувеличивать.

Похоже, Гарет был готов рассмеяться прямо здесь и сейчас, но каким-то чудом, сдержался.

– И всё? – спросил он. – Йохан – молчаливый и замкнутый зануда, не может ни с кем познакомиться и думает, что ты сможешь это исправить? О, боги, он ещё и глуп.