Алая Завеса. Наследие Меркольта

Он не столь долго был знаком с Тейлором, но этого времени хватило для того, чтобы понять некоторые его привычки. В частности – разобраться в некоторых невербальных знаках.

Едва закрыв дверь, Юлиан чуть было не врезался в проходящего мимо Йохана.

– Смотри, куда идёшь! – неосторожно бросил Юлиан, уже позже опознав товарища.

– Прости.

– Почему ты так поздно в академии?

– Пересдавал курсовую по истории Союза Шмельтцера, – ответил Йохан. – Ты, кстати, сдал?

Юлиан отрицательно покачал головой.

– Задумайся, – усмехнулся Йохан. – Ты знаешь, что с тобой сделает Пенелопа, если у тебя начнутся проблемы.

Юлиан кивнул и собрался идти дальше, но Йохан неожиданно окликнул его и остановил.

– Юлиан, – явно стесняясь, произнёс он. – Наверное, ты забыл уже, но мне повезло, что мы с тобой встретились сейчас.

Юлиан изо всех сил напряг мозг, желая понять, о чём говорит Йохан, но не смог.

– Можно быстрее? – спросил он. – Я тороплюсь.

– Конечно, это не займёт много времени. Но, помнишь наш уговор, когда я достал тебе ключи от дома Грао Дюкса? Ты… Ты обещал меня кое с кем познакомить.

Признаться, Юлиан забыл об этом договоре в день его заключения. Забот было так много, что это было последним, что волновало тогда.

– Серьёзно, Йохан? – улыбнулся Юлиан.

Юлиан попытался вспомнить лицо той девушки из кафе, но вспомнил только юбку и ноги.

Йохан замялся после вопроса Юлиана. Он нервно переминулся с ноги на ногу. Наверняка, ему трудно было выразить свою мысль, в особенности, такого плана, но ситуация попросту требовала.

– Боюсь, это больше, чем симпатия, – собравшись, ответил Йохан. – Я… Не могу перестать думать о ней.

– Если перестал бы ходить в «Хартс», то забыл бы через две недели.

– Знакомо, но… Я не хочу её забывать. Возможно, со мной впервые такое. Тем более, мне кажется, что она тоже смотрит на меня.

– И за всё это время ты не смог собраться и подойти к ней?

Йохан отвернулся. Ответ, само собой, был вообще не нужен.

– Ты обещал помочь, Юлиан, – сказал Йохан.

– Почему именно сейчас?

– Прошло три месяца!

– У меня сейчас совершенно нет на это времени, Йохан.